Глава 2
Лес закончился вскоре за ее рассказом. Мы вышли к селению, напоминающему чем-то деревню из исторических фильмов. Нет машин. Вообще ни одной. Более того, что страннее всего, нет ни одного фонарного столба. Чисто деревянные дома, лошади, люди в схожих с нашими платьях и курицы. Много куриц. И.. от замеченного у меня побежал мороз по коже, мужчины в рубахах и штанах с оружием. Надеюсь, эти мечи и луки со стрелами просто реквизит этих реконструкторов. Только как я могла попасть в этот кружок? Идея с реконструкторами мне пришла в голову, пока Зоряна рассказывала мне свою (или своей героини) истории. Хороший актер себе верит, хороший реконструктор тоже, разве нет? Вдруг моя сопровождающая резко тормозит и дергает меня, отчего чуть не падаю. Она встала как вкопанная и шепнула «Поздно». Я не успела и рта открыть, как увидела, идущих к нам мужчин.
Самый взрослый, мужчина с сединой, шел в центре, одет был в серую рубаху и штаны, что-то вроде сапог, на поясе висел меч и собственно сам расшитый пояс. А на голове у него какая-то веровочка вдоль лба. как у хиппи. Шагал он рассерженно, губы были сжаты в тонкую линию, седые брови сведены к переносицы, ощущение, что еще чуть-чуть из носа пойдет пар. По бокам от него шли в похожем шаге три мужчины, одетые схоже, но они были моложе его. Мой взгляд отчего-то зацепился за самого молодого, он был рассержен также как и остальные, глаза метали молнии, нос хищно раздувался, а на щеке белел шрам. В голове тут же прозвучал голос Зоряны «Ты испугалась его шрама как только увидела, большой и страшный он пересекал все его лицо и делал похожим на медведя». Ратибор. Перевела взгляд на его фигуру, мощный, видно в зале пропадает не зря, меч также висел на поясе, периодически встречаясь с сжатыми кулаками, но мужчина не обращал на это внимания. Волосы темные, похожи на черные, но отливают медью на солнце. Глаза синие, такие, что в душу смотрят, вздрогнула от его ярости, что передалась мне через его взгляд. Вновь посмотрела на его шрам. Вовсе и не все лицо пересекает, просто делит скулу наискось от правого уголка переносицы и глаза до линии подборка. Но когда он в гневе, а очевидно, он в гневе, шрам белеет и от того кажется ужасным. Если меня приняли за актрису-реконструкторшу, должна подыграть, верно? Или лучше сказать, что я не хочу участвовать в этом? Тем временем они уже подошли, пока размышляла о своих дальнейших действиях.
— Веессста! Зззорряяна! — имена вылетели у князя (про себя решила называть первого мужчину так, очень похож) изо рта с шипением, — Упаси вас боги, где вы пропадали? Княжич подумал, что нареченная сбежала! Почему вас надо искать чуть ли не всей дружиной? Дети Аспидовы! Обряд сейчас же проведем! Должны были утром, а уже солнце вовсю бежит к закату! Ратибор хочет тебя сегодня увезти, но придется завтра! — на этих словах я всполошилась, увезти? Здесь есть машины? И тут жених моей героини заговорил, похоже свой вопрос я задал вслух.
— Даже не надейся сбежать от меня! Я знаю, не люб тебе сейчас, но время смоет обиды. Я буду хорошим мужем, а ты будь хорошей женой и все будет ладно! — от использования последнего слова я хмыкнула, а он воспринял мой хмык на свой счет, — Я знаю, о чем ты думаешь. — тут я заинтересовалась, серьезно?
— Считаешь меня страшным, не хочешь исполнять уговор и волю своего отца, храброго Горемысла. Но от воли богов не сбежать. А наш союз — их воля! Я дары приносил! Я молил их и они вняли, старая ведунья сказала, так суждено. От нашего союза пойдут бравые дети, которые приведут в свой род славу и удаль больше, чем их предки. Пойми, женой в род мой входишь, а не рабой! Но если сбежишь, если наведешь позор, участи твоей позавидует последний холоп! Князь! Дружина! Смерды! — он начал собирать вокруг себя толпу все также странно одетых людей, хотя во время его разговора народ стал сам уже подтягиваться, видимо в ожидании хлеба и зрелищ.