На меня накатывало ощущение сюрреализма ситуации и в какой-то момент, когда вокруг нас собралась приличная толпа людей, даже ведь и не скажешь, что в этом селении помещается столько, я начала смеяться. Сперва вырвался тихий смешок, потом громче, и я начала смеяться в голос.он так искренне все это говорил, шепотки людей становились громче, кажется на меня указывали пальцем и шептали что-то про «умом тронулась», но я уже не обращала внимания, существовал только хохот. Через смех выходили вся тревожность и стресс, полученные мною за сегодня. Я смеялась и смеялась, пока слезы не потекли из глаз. Подуспокоившись, я поняла, что в процессе безудержного хохота опустилась на землю. Подняла глаза, обводя взглядом собравшихся вокруг меня людей, автоматически выделила Ратибора, который казалось расширился в плечах от еле сдерживаемого гнева, отметила краем сознания, что он удивительно хорошо вжился в образ. Зоряна смотрела так печально-сочувстующе, что я даже поверила ей, на секунду, что сошла с ума. Вообще все они удивительно хорошие актеры, странно, что я раньше никого из них не видела в кино или на афишах города. Но как бы забавно и интересно все не было, мне пора раздобыть телефон и вернуться домой, пора заканчивать фарс со всей этой странной историей.
— Извините, — отсмеявшись, голос стал немного хриплым, я приподняла руку, как бы извинись, — Я понимаю, что у вас здесь игра или реконструкция или еще что-то, но к сожалению, я не актриса. Вчера что-то произошло и я не знаю, как здесь очутилась. Меня зовут Лиза и я буду очень благодарна за телефонный звонок или такси или хотя бы скажите в какой стороне город, чтобы я могла хотя бы автостопом добраться домой. — я закончила свой маленький спич о помощи и обратила внимание на вытянутые лица вокруг. Князь сделал шаг вперед, что-то бросив Ратибору, тот хотел воспротивится, но взгляд князя его остановил.
Князь подошел ко мне и начал трогать мой лоб, не знаю, что выражал мой взгляд и выражал ли вообще что-то, но князь испугался. Он резко повернулся к Ратибору и громко сказал, что обряда не будет сегодня. Нареченная в горячке. Народ заохал и заахал, какой-то незнакомый мне мужчина взял меня на руки, я дернулась вырваться, но попытку прервали. Он начал успокаивающе мне шептать, мол не бойся Веста, сейчас пошлем за ведающей, она поможет.
— Убери руки от моей невесты! — я увидела злющее лицо Ратибора и его попытку вырвать меня из рук моего носильщика.
— Ратибор, успокойся, Веста в горячке, захворала бедняжка. Я отнесу ее в дом, ведунья скоро будет, — приятный голос, моего уха коснулась мягкая щетина моего носильщика, моя голова была практически на уровне его рта. От этого Ратибор начал закипать сильнее, в момент он протянул свои лапы и вырвал меня из рук оппонента. Я охнула и только открыла рот, чтобы сказать, что идти могу и сама, как он на меня зыркнул. Именно зыркнул таким взглядом, что стало понятно, лучше помолчать сейчас.
— Сгинь, Добросвет! Будешь еще меня учить покойствию, со своей невестой сам разберусь! Или думаешь, что она в горячке тебя мне предпочтет? Ошибаешься! Она мне обещана перед всеми богами и моей стала! Запомни, родичи князя не пара сыну полонянки от не знамо кого из воинов! Не смей думать! — Ратибор развернулся со мной на руках резко и зашагал в противоположную сторону от направления Добросвета. А тот стоял понуро смотря на мне в след. Вот в кого влюбилась моя героиня. Осматриваю его взглядом, красивый, уже в плечах, чем Ратибор, волосы светлые, пшеничные, небольшая светлая щетина, что щекотала мне ухо. Странно, не похоже на модные мужские бородки из барбершопов, но ему удивительно шло. Мужественный. Но на поясе светлой рубахи только нож. Простой нож без изысков на рукоятке, это странно. Никогда таких не видела. И от Ратибора сильно отличается, у того на поясе меч в ножнах. Перевела взгляд на него и задохнулась от бешенства в глазах, но там соседствовали еще ярость, голод и ..желание. Он смотрел на меня дико, стиснув руки на моем теле, вздрогнула, вдруг подумав, что останутся синяки. Отвела взгляд от его глаз, и тут он заговорил, тихо, но пробирающе до нутра.
— Насмотрелась? — тихий вопрос, похож на шипение змеи. Вздрогнула еще раз, вернувшись к его глазам. — Сравнила? Думаешь, я не знаю о твоем сраме? Вместо того, чтобы траур нести и скорбеть по почившему Горемыслу, ты глаза все проглядела об этого недокузнеца! Надеялась, он мне вызов кинет и отобьет право сделать тебя своей? И сегодня, зная о том, что я приеду на наш обряд, ты сбежала! За такой позор и тень, что на меня кидаешь я бы мог убить! И тебя, и твоего полюбовника! Старый князь не хочет вражды, хочет мира на этой земле, уговорил, убедил, что ты дура глупая, но сговор блюла, не ложилась под недокузнеца! А сейчас вместо того, чтобы молить меня о прощении и уверять в своей чести, ты смотришь на него призывно! Притворилась поссорившейся с умом? Что за чушь ты несла про реки с конструкциями и лису? Думаешь, не возьму в жены? Откажусь от обряда? Ошибаешься, лада моя. Обряд проведу и поедем домой. Нечего здесь ждать! — я смотрела на него не отрываясь, слушая каждое слово. Ощущение нереальности накатывало, потому что там на площади возможно они не хотели прерывать игру, но почему сейчас он в образе? Мне становилось страшно и от его взгляда. Мужчина, что нес меня, будто действительно верил во все, что говорил. Почему он не запомнил мое имя? Зачем назвал лисой?