В этой потрескавшейся, песчаной пустыне живет множество кланов, у которых хватает упорства добывать себе пропитание здесь, и я, похоже, попала прямо в лапы представителей одного их них. Их образ жизни еще более загадочен, чем у тех, кто живет вблизи столицы Пекла.
Но я знаю одно.
Эти кланы воспитывают воинов с непревзойденными способностями…
Пожалуй, я пропущу это место.
Мужчина передо мной опускается на одно колено, его рыжая борода скрывает половину загорелого, усыпанного веснушками лица, его острый взгляд изучает мои черты. Он протягивает руку вперед и приподнимает прядь моих мокрых волос.
― Achten de. Kholu perhaas? ― говорит он, показывая на длинный, покрытый рвотой локон, свернувшийся у него на ладони, и оглядывается на другого мужчину, который уже подошел ближе ― тот пожимает плечами. ― Sheith comá Rivuur Ahgt … en?
Я собираю волосы и отталкиваю его руку.
Он хмурится и, схватив меня за плечи, поднимает на ноги. Как только я касаюсь земли, я вырываюсь из его хватки, отступаю назад и поднимаю руку к своему пульсирующему виску.
― Acht etin aio? ― спрашивает мужчина, жестом указывая на меня.
― Я не понимаю.
Он дотрагивается рукой до своего виска ― в том самом месте, где пульсирует мой, ― и следующие слова произносит так медленно, что становится ясно ― он пытается помочь мне понять. ― Surva etin agaviein?
Он спрашивает, как я ударилась головой?
― Я упала со скалы.
Он хмурится еще сильнее и он что-то бормочет мужчине рядом с собой ― еще больше слов, которых я не понимаю.
По взглядам, устремленным в мою сторону, и общему языку тела я догадываюсь, что они обсуждают, как доставить меня отсюда куда-то еще. Я не хочу выяснять, где это место, и не хочу знать, что они хотят со мной там сделать. У меня болит голова. Меньше всего мне хочется ломать шеи.
Если только это не шея Рекка, конечно.
― Что ж, было приятно пообщаться, но мне нужно поймать дерево, ― говорю я, ткнув большим пальцем в сторону бурлящей реки, которая выглядит совсем не так, как в предыдущий цикл ― теперь она оранжевая и полна обломков, несомненно, принесенных утихшей бурей. К сожалению, она уже не такая спокойная и манящая, но это не помешает мне прыгнуть в нее, как только мимо проплывет очередное бревно.
Мужчины неуверенно смотрят друг на друга, снова переговариваются и движутся ко мне ― перешагивая через мою лужу полупереваренного супа.
От решительности в их глазах у меня напрягается спина.
Черт.
Похоже, другого бревна я так и не дождусь.
Я разворачиваюсь, собираясь прыгнуть в бурлящую реку, но тут мое внимание привлекает размытое движение на противоположной стороне.
Кусок скалы смещается и падает вниз, ударяясь о берег реки. Мне бы это не показалось странным, если бы не следы когтей, оставленные на скале, как будто кто-то невидимый карабкается по ней.
Я хмурюсь.
Насколько сильно я ударилась головой?
― Jakah tu…
Я оглядываюсь и вижу, что оба мужчины широко раскрытыми глазами смотрят на другой берег реки, их лица так побледнели, что веснушки стали резко выделяться.
Может быть, мне не померещилось…
Раздается пронзительное рычание, я резко поворачиваю голову и вижу огромное металлическое пятно на противоположном берегу, контрастирующее с теплыми тонами камня.
― Что происходит? ― бормочу я, готовая прыгнуть в реку и никогда не узнать ответа на эту загадку.
Очертания становятся четче, превращаясь в пушистого серебристого зверя, который, кажется, может проглотить меня в два счета, два металлических клыка торчат с обеих сторон его верхней челюсти ― такие длинные, что спускаются к шее.
Большие светлые глаза смотрят на меня, не мигая, прорезанные грифельной линией, которая сжимается и разжимается.
Сжимается и разжимается.
Как будто он представляет себе, какой я окажусь на вкус, схваченная его прожорливой пастью.
― Fait Hatdah! ― кричит один из мужчин позади меня, указывая мимо. Как будто я не вижу огромное существо на другом берегу реки, достаточно большое, чтобы проглотить нас троих.
― Я очень надеюсь, что эта тварь не сможет…
Зверь прыгает.
Мое сердце замирает.
Мгновение я вижу только это огромное существо, летящее по воздуху, с вытянутыми когтями, как будто оно тянется ко мне, с открытой пастью и оскаленными зубами. Пока один из мужчин не хватает меня за руку и не дергает назад.
Я падаю на груду веток, и тяжелый глухой удар сообщает мне, что существо приземлилось на нашей стороне.