Каждая клеточка моего тела замирает, легкие сжимаются, как будто зазубренные осколки льда только что пронзили их насквозь.
Я вдруг понимаю, что нахожусь в другом месте. В другом времени. Или, может быть, я переживаю один из своих ночных кошмаров?
Да. Должно быть, так и есть. Эсси не лежит на диване, залитая кровью. У нее нет дыры в животе, как раз там, где находятся важные органы, для починки которых требуется время, умение и специальный врач.
Нет.
Она сидит за столом, работает над алмазной накладкой, на которой помешалась, и ест хлеб с маслом, благодаря которому в нашем жилище пахнет домом.
Это не настоящее.
Не реальность.
Нет…
― Я не хочу закончить свою жизнь в снегу, Рейв.
Наши взгляды встречаются, в ее широких глазах дикий страх, который когтями впивается в мою грудь, угрожая разорвать на части.
Снег? О чем она говорит?
― Пожалуйста, не бросай меня на холоде и не зарывай в землю, ― умоляет она дрожащими губами, ее глаза так распахнуты, что кончики ресниц касаются бровей, а рыжие крапинки в радужках горят, как тлеющие угли. ― Предай меня огню, где мне больше никогда не будет холодно.
― Прекрати говорить так, будто ты куда-то уходишь, ― рычу я, прижимая к ее ране одеяло, чтобы остановить кровотечение. ― Ты останешься здесь, со мной, в безопасности, в нашем доме.
Как только я приведу ее в порядок.
― С тобой все будет хорошо, ― бормочу я, глядя на кухонный шкаф, где хранится мой набор первой помощи. Мне нужно взять что-нибудь для перевязки, чтобы она не истекла кровью, пока я буду нести ее вниз ко Рву.
Серим умеет лечить плоть. Она поможет, если я упаду к ее ногам и буду умолять. Скорее всего, она заставит капнуть кровь Эсси во флакон, оправдываясь тем, что это необходимо для лечения, но я найду способ разобраться с этой сукой, как только Эсси окажется в безопасности.
К черту последствия.
― Надави сюда. ― Я перекладываю ее ледяную руку и прижимаю к одеялу.
― Я собираюсь взять кое-что, чтобы доставить тебя к Серим… ― Мне холодно, Рейв.
Ее надтреснутый голос прорезает дыру в тишине, впиваясь в мою грудь и лишая легкие воздуха.
Я встречаюсь с ее мутным взглядом, который едва удерживает фокус.
Страх взрывается за ребрами с такой силой, что по моему каменному сердцу пробегают трещины, обнажая сердцевину ― такую сырую и уязвимую, корчащуюся, как сочный плод, брошенный в прожорливое пламя.
― Я не чувствую твою ру… ― ее слова обрываются, дыхание становится прерывистым и резким, когда она пытается дышать нормально, и в ее глазах вспыхивает паника. ― Я не чувствую твоей руки на себе. Я не чувствую ее, Рейв…
― Тебе всегда холодно, Эсси. ― Я сглатываю комок в горле, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. Я знаю признаки. Я видела смерть слишком много раз, чтобы не узнать чертовы признаки. ― Мы живем на холодной стороне. Это нормально.
Это нормально.
Это нормально.
Это…
Ее лицо морщится, и я чувствую, как моя грудь повторяет это движение, отчего мне хочется сжаться в комок от боли.
― Обними меня? ― просит она дрожащим голосом, умоляя меня упасть вместе с ней в голодную пасть смирения. Все ее тело дрожит, руки сжимают живот, пятна крови просачиваются сквозь одеяло и хлюпают между пальцами. ― Пожалуйста?
Я забираюсь на диван и обнимаю ее, моя рука опускается ей на грудь, а другая переплетается с той, что лежит у нее на животе. Она прерывисто вздыхает, и я соединяю наши тела вместе, прижимая ее к себе так крепко, что представляю, как моя сила обвивает ее, словно бинт. Представляю, как она сидит за столом, превращая обычную безделушку в нечто исключительное, ее разум полон великолепных идей, а в венах бурлит кровь.
Живая.
Счастливая.
Но это не так.
Она сломана в моих руках, истекает кровью… ― Кто это сделал, Эсси?
Она вздрагивает, словно мои холодные, монотонные слова пронзают ее насквозь.
― Я не видела. Я завернула за угол и наткнулась прямо на него. Было… ттемно.
Подземный город. Она пошла в Подземный город.
От осознания этого у меня перехватывает дыхание. Руки трясутся, хотя я пытаюсь унять дрожь. Пытаюсь заставить себя сохранять спокойствие и самообладание.
Ради нее.
Я не собираюсь лежать здесь и отчитывать ее за то, чего я просила не делать ― я знала как опасно там, внизу. Я не собираюсь еще больше расстраивать ее, когда она и так разваливается на части.