Эден притворилась, что раздумывает.
— Мне больше нравится, когда ты расчесываешь их вниз, но ты делай так, как тебе хочется.
Удивившись, Кэти опустила волосы.
— Да? Тогда я их распущу.
Просто поразительно, чего можно добиться обходным маневром. Маленькая победа вдохновила Эден, и она подумала, может быть, посещение телестудии не будет таким уж трудным испытанием.
В студии, где сейчас работал Слейд, Эден впервые оказалась в непривычной роли наблюдателя, стараясь удержать себя и особенно Кэти от участия в происходящем.
Зато Дана Друри была в центре событий. Со своей прической, безупречным макияжем, она выглядела ошеломляюще, представляя свою программу.
Улыбка ее в камере была нежной и теплой. Когда она закончила, Слейд подошел к ней и положил руку на плечо.
— Чудесно, Дана. Неудивительно, что ты любимица маленького экрана.
Дана улыбнулась ему.
— Дорогой, совсем не трудно быть энтузиастом, когда такой чудесный проект.
Сделав гримаску, Кэти шепнула Эден:
— Почему она называет Слейда «дорогой»? — Этот же вопрос волновал и Эден.
— Так принято у людей, работающих на телевидении. У них это ровно ничего не означает, — объяснила она Кэти вполголоса.
Сама она вовсе не была в этом уверена. Она и Слейд виделись наедине очень мало, с тех пор как вернулись в Тасманию. Он был слишком занят, возвращался поздним вечером, когда она уже уходила к себе, одинокая и обеспокоенная.
Вместо того чтобы нравиться, такая передышка, наоборот, раздражала ее. Она уже успела привыкнуть к домогательствам Слейда и теперь скучала по нему. Врушка, шептал ей предательский внутренний голос, тебе просто нравится, когда он занимается с тобой любовью. Без его внимания она чувствовала себя до боли опустошенной.
А чего собственно, она хотела? С самого начала ей было известно, что он не из категории домоседов. Предполагалось, что ей достаточно тех материальных благ, которые он предоставлял ей за то, что она станет матерью Кэти. Последнее оказалось для нее действительно благом, источником непривычного наслаждения.
Кроме того, она выиграла и в другом — теперь Эден могла как следует заботиться о матери. Слейд следовал своей части обещаний в их сделке, и она намеревалась сдержать свою, выполняя роль образцовой жены. Так почему она так терзается при виде его и Даны?
— Привет! — Кто-то неожиданно прервал ее невеселые мысли.
Она даже не заметила, как к ним присоединился Лен Хеллиджер.
— Привет. Это мистер Хеллиджер, звукооператор, — объяснила она Кэти.
— Для вас обеих просто Лен, — поправил он. — Тебе здесь нравится, Кэти?
— Да, спасибо, Лен. Я никогда раньше не бывала в телевизионной студии.
— Тогда пошли вниз, я покажу тебе мои микрофоны, — предложил он, вопросительно взглянув на Эден.
Эден поощряюще подтолкнула девочку.
— Иди-иди, тебе это доставит удовольствие. Но только делай все, что тебе будет говорить Лен. О'кей?
С долгим, страдальческим вздохом, который сказал Эден, что ее статус матери принят, Кэти кивнула и вышла с Леном.
Через какое-то время в кресло рядом с Эден опустилась Дана Друри, ее личико в форме сердечка блестело под яркими студийными лампами. Не обращая внимания на Эден, она вытерла лицо и жадно глотала минеральную воду, наблюдая за тем, что происходило в студии.
— Какое удовольствие работать с таким профессионалом, как Слейд, — неожиданно сказала она, все еще глядя на Эден.
— Вы с ним работали когда-нибудь прежде? — Лицо Даны выразило сожаление.
— По-настоящему не работали, но мы… знали… друг друга хорошо… очень давно.
У Эден чесался язык спросить, как хорошо. Нет, не следует давать Дане возможность уколоть ее этой подозрительностью, к тому же, возможно, беспочвенной. Ведь женился он на Эден, разве не так?
Отпив еще минеральной воды, Дана легко рассмеялась:
— Ведь вы умираете от желания узнать детали, верно?
— Почему я должна этого хотеть? Слейд вовсе не обязан был хранить целомудрие.
— А как насчет после?
Вопрос был задан так мягко, что Эден даже подумала, а правильно ли она его расслышала. Ощутив укол в сердце, внешне она никак не проявила этого. Сказала в ответ первое, что пришло в голову:
— Я не брала с него клятву целомудрия и на после тоже.
Дана изогнула тонко подведенные брови.
— Ну и ну, такой либеральный подход к браку. Не удивляюсь, что Слейд остановился на вас.