– Ваша Милость, королеве становиться хуже, сегодня за день у нее уже было два приступа. Впрочем, хуже и девочке, ребенок слишком слаб. И если хворь леди Иоланты я умею лечить, то понять, что с девочкой я так и не смог, – признался старый лекарь. – Боюсь, эту ночь ребенок не переживет.
Роллан велел знаком покинуть его, звякнув деревянным чемоданом с инструментами, лекарь удалился. Иоланта не желала принимать ребенка, а теперь он и вовсе умирал. Роллан вскочил, стремительно направившись в покои девочки.
Няня не отходила от нее, девочка лежала, сжавшись в комок, и что-то бормотала, пылая в бреду. Король окинул взглядом тельце в белой ночнушке, и поднял девочку на руки. Изумрудные глаза на минуту открылись:
– Лес зовет меня, лес зовет, – прошептал ребенок, вновь окунувшись в полузабытье.
Роллан понес ее по восточному коридору, к спальням королевы. Фрейлина у дверей госпожи испуганно вздрогнула, вскочив на ноги, склонилась в поклоне, и мгновенно выбрав между приказами господ, отворила двери перед королем. Шторы были опущены, мягкий свет от камина падал на осунувшиеся лицо королевы, от кровопотерь она сильно похудела, а фарфоровая кожа стала прозрачной. Она не спала, но смотреть на мужа не желала, притворившись спящей.
Роллан замер в нерешительности у порога но, все же, сделал пару шагов и сел на кровать, только теперь женщина услышала дыхание третьего человека и тут же распахнула глаза:
– Иола, – тихо промолвил Роллан, виновато глядя на жену, – у нее жар, она умрет. А я буду виноват перед тобой до конца своих дней.
Иоланта вздрогнула, сбросив остатки усталости, и взглянула на ребенка в руках Роллана, впервые рассмотрев девочку. Худая, курносая, светлые волосики слегка вились, совсем как у дочери. Ребенка била лихорадка, губы потрескались и побелели:
– Мама, – шептала девочка в бреду.
Иоланта не выдержала.
– Клади ее ко мне, я холодна, как лед, – позволила она. – Как ее зовут?
– Не помню, – растерялся широкоплечий мужчина, удостоившись колкого взгляда жены. – Кажется, Дри.
– Какое ужасное имя, – поморщилась Иоланта, придвинувшись к горячему телу ребенка. – Пусть будет хотя бы Дриана, – сказала она, поглаживая холодными ладонями белые колечки кудрей.
Что будет в книге?
Приключения, много интриг, любовь, но не сладко-ванильная. Герои со своей моралью и мотивацией, не идеальные, с недостатками, любителям всемогущих МериСью - мимо.
Будут сцены легкой эротики (м-ж, без извращений). Будет адекватная сильная героиня и тысяча интриг.
Все еще со мной? Тогда вперед, вам еще во стольком предстоит разобраться!
ГЛАВА 2. ЖЕНИХ
– Мама, тебе лучше? – я склонилась, коротко потрогав лоб королевы и отметив, как недовольно отреагировали придворные дамы.
Но я знала, что Иоланта любит, когда я ее так называю, а сегодня, перетерпев четвертый приступ, это было важнее всего.
– О, Дриана, моя девочка, ты так добра, – тихо прошептала леди Иоланта, накрыв мою ладонь своей ледяной рукой.
Вокруг кровати стояло с десяток чашей, полных крови, я сидела, не обращая никакого внимания на суетящихся лекарей, и только поглаживала холодную руку в моей ладони:
– Уберите чаши, здесь пахнет болезнью! – резко приказала я, эта суета безумно раздражала, – и сами выйдите, маме надо отдохнуть!
Возражать мне не стали, здоровье королевы в последние полгода серьезно ухудшилось, виданное ли дело – прожить с южной хворью двадцать три года, когда другие не вытягивали и пяти! Папа тратил большие деньги на здоровье горячо любимой супруги, ей часто становилось лучше, бывало, проходили целые месяцы без единого приступа. И тогда Иоланта становилась веселой, обнимала и целовала мужа, ласкала всех, до кого только могла дотянуться и радовалась жизни, но в последнее время все стало хуже.
Королева тяжело дышала, погрузившись в воспоминания, прикрыла веки.