– Позвольте оставить дары для принцессы, мне шелка ни к чему, – отец кивнул.
Слуги быстро внесли отрезы роскошной тонкой ткани и меха, волк потянулся к потайному карману плаща и выловил прозрачный кулон на золотой цепочке:
– Примите это ожерелье из Лунного камня, как символ если не любви, то дружбы между нашими домами, – мужчина протянул руку ко мне, Роллан кивнул, позволив мне поблагодарить гостя.
Я встала, спустившись на ступень ниже, и протянула руки к Янагару, моя ладонь соприкоснулась с огненно-горячей рукой, в тот миг я могла поклясться, что карие глаза оборотня пожелтели, я испугано взглянула на него, гость тут же поспешил отдернуть руку.
– Процветания и долголетия, – коротко склонил голову в полупоклоне он, глаза его снова потемнели.
– И вашим землям тоже, король Янагар, – ответил Роллан, я поспешила поклониться гостю.
Не обронив больше ни слова, визитеры покинули зал. Едва дверь за ними закрылась, как я открыла рот для тысячи вопросов, но отец знаком призвал к молчанию, одними губами прошептав:
– Наши гости ушли, но все еще слышат, – я кивнула, послушно сев на место и рассмотрев кулон.
Прозрачный, и на вид невзрачный камушек вдруг заиграл на солнце десятком цветов, я изумленно поднесла его к свету, таких камней в моей коллекции еще не было.
– И как он только посмел явиться! – выдохнул отец, удостоверившись, что гости теперь далеко, – он, отрок рода, с которым воевали еще мои деды! Да, на троне он три года, при нем на западных границах стало потише, но Боги упаси, это же пес! Не ровен час, и зверь выскочит наружу, сбросив личину приличия, а в его лапах в ту минуту окажется моя дочь? – злился Роллан, канцлер кивал, словно болванчик.
– Ваша Милость, но торговое предложение вроде бы ничего, эти Лунные камни весьма красивы, может?..
– Ни за что! – отрезал король, – пусть тащат хоть слитки золота, я не передам их на континент! Или ты, Кайзен, хочешь снабдить их деньгами на новую войну?
– Нет, господин, я размышлял как казначей, а не военный, – поспешил оправдаться канцлер.
– Максимум, что я сделаю, это продолжу ему улыбаться, и то с условием, что и дальше западная застава будет пухнуть от скуки в полнолуния, – выдохнул отец, и тут же сменив тон, обратился ко мне. – А как же гад зыркал на мою дочку, видел, Кайзен? Красавица, одно слово, эх! – Роллан по-отцовски поцеловал меня в макушку. – Не забывай надевать эту безделицу, если вдруг волки еще явятся, пусть видят, что мы к ним благосклонны.
– Да, папа, – согласилась я, – я еще кое-что хотела у тебя попросить...
– Ах, хитрая, – усмехнулся Роллан, – что ты хотела?
– Маме опять хуже, да и я чувствую себя очень уставшей.
– Опять хотите съехать в лес на пару недель? – насупился Роллан. – Лес опять зовет тебя? – смеясь, напомнил он мой детский кошмар.
– Папа, ты же знаешь, – воспротивилась я, сделав вид, что последние слова меня не обеспокоили, хотя лес опять снился мне.
– Поедите, – согласился король, заметив перемену моего настроения, – только отгуляем завтра пир, присмотрим пару-тройку женихов, а потом собирайтесь в свой лес хоть до следующей луны.
– Спасибо, папа, – улыбнулась я, само воспоминание о лесной резиденции грело душу.
С детства, мы с Иолантой полюбили этот дом в густом зеленом лесу. Королеве становилось лучше, да и мне тоже, ночные кошмары, в которых мое имя шептал страшный черный лес, обычно здесь прекращались. Потому мы часто жили там, особенно летом, и проводили время, часами играя в шахматы на природе и пропадая в долгих прогулках.
ГЛАВА 3. ПИР
Замок готовили к пиру. Не просто скромному, какой был в честь именин Иоланты, нет. В этот раз королева настаивала на самом лучшем для меня с маниакальной настойчивостью: платье из тончайшего голубого шелка, атласные туфельки с серебряными пряжками и сапфирами, шубка из лучшего соболиного меха цвета пепла на снегу. А уж как вычищали замок служанки! Вооружившись обувными щетками, промывали каждый камешек на стене и полу, упорство королевы дошло и до улиц города, указом Роллана еще месяц назад горожан обязали высадить на окна и клумбы возле всех домов цветы. Ожидался визит двух сотен гостей, из них три десятка отводилось на знатных кандидатов мне в мужья, все сильно нервничали, даже обычно холодный отец на этот раз не выдерживал, беспокоясь о впечатлении перед гостями.