Я подняла глаза и, убедившись, что понравившийся отцу юноша отвернулся, посмотрела на него. Как вдруг ощутила на себе взгляд, обернувшись, я столкнулась с пронзительными холодно-серыми глазами: мужчина с бледным лицом и длинными угольными волосами, откинутыми за плечи, упрямо смотрел на меня. Тот самый бордовый камзол, которому я попалась на подглядываниях! Незнакомец сидел в компании Бралея, все друзья брата уже охмелели, они шумели и веселись, хлопали мужчину по плечу и что-то говорили, он же молчал и смотрел на меня так, словно больше ничего не видел. Я тут же отвела глаза, сделав вид, что говорит с матерью, но так и не смогла избавиться от липкого ощущения чужого взгляда.
Бралей, что уже слишком притронулся к вину, в компании пары дружков пожелал переместиться к нам поближе, катастрофа надвигалась. Отец не отказал, опасаясь позориться перед гостями, слуги быстро заменили блюда перед принцем. Бралей плеснул себе еще вина, подавшись к отцу:
– Ну что, присмотрели жениха? – спросил брат с показным волнением. – Глянь, Дрианочка, мои друзья богаты! – принц хлопнул по плечу своего друга, что устроился рядом с ним.
– Бралей, такие вещи прилюдно не обсуждаются, – попыталась вмешаться Иоланта.
– Н-да? – удивленно протянул брат, глотнув еще вина, – а какие обсуждаются? Я вот, например, хотел узнать, когда отец уже уедет в какую-нибудь резиденцию встречать старость?
– Когда найду голову, что выдержит корону, – отрезал Роллан, пригвоздив сына взглядом, показная веселость мигом слетела с его растерянного лица. – У тебя последний шанс меня переубедить.
– В?.. – принц осекся, но тут же продолжил, – в каком смысле? – лицо его побелело, пальцы нервно сжали салфетку.
– Бралей, пойдем за вином сами, это мне не понравилось, у вас ведь есть погреб? – вмешался один из его дружков, схватив принца за плечо, но тот резким движением сбросил ладонь товарища.
Схватив кувшин, Бралей резко плеснул себе еще вина и прежде чем кто-то успел его осадить, громко воскликнул:
– Тост! Я хочу сказать тост! – отец напряженно сдавил кулаки, мягкая ладонь Иоланты легла на его руки, успокоив.
Головы гостей обернулись в сторону хозяев, отступать было поздно:
– За мою прекрасную, хоть и не родную, – специально выделил он, –сестренку! – прокричал Бралей, исказив лицо в подобии улыбки. – Желаю каждому из вас такую удачу, чтобы от жизни получать все, не имея ничего! – вино расплескалось из его кубка, пролившись по щекам на кружевное жабо, я опустила взгляд, ощущая себя униженной.
Да, Бралея я не любила и с детства этого не скрывала, как и он, но чтобы вот так? Я никогда не позорила его, тем более, прилюдно. Принц с насмешкой посмотрел на меня и, схватив дружка за плечо, потащил его показывать винные погреба, покинув зал.
– Дорогая, прости ему, он просто пьян, – тихо попросила Иоланта, я кивнула, скорее просто механически.
– Он просто идиот, Иоланта, – похоже, хмель, развязал язык отцу, но, положа руку на сердце, мне было приятно, что он это сказал, я немного успокоилась.
– Тише! – шикнула королева на мужа.
Музыка заиграла громче, в центр зала вышли первые пары, начались танцы, и я снова ощутила легкость. Сын герцога Ласского первым поспешил пригласить меня, он был так низок ростом, что едва дышал мне в подбородок, ладони его потели, а шутки были глупыми, но я стойко выдержала эти ухаживания, не забывая улыбаться. Потом меня пригласил тот самый богатый столичный франт, этому галантности было не занимать, правда, от его взгляда хотелось прикрыть декольте руками, следующим был какой-то немолодой шатен, затем еще и еще кто-то. Вечер продолжался, музыка играла задорнее, кубки опустошались все быстрее, слуги ловко сновали между столов, обновляя многочисленные блюда. Я присела, ноги устали и начинали гудеть от танцев на непривычно высоких каблуках, а скулы уже сводило от постоянных улыбок. Я потянулась к кубку, чтобы промочить горло:
– Миледи подарит мне танец? – раздалось рядом, я поспешно отставила кубок, тут же встретившись взглядом с черноволосым незнакомцем в бордовом камзоле.
Идти с ним не хотелось, и виной тому была не только усталость или неловкость из-за подглядываний, но отказать я не посмела, протянув руку в его ладонь с длинными пальцами: