Я едва кивнула.
— Развяжите её, — приказал голос. — Быстро. У неё кровь на лице.
Я не знала, кто они. Не знала, зачем пришли. Но я дышала. Я жила.
И этого было достаточно.
Глава 17. Зов крови
— Тихо, девочка, всё кончилось, — произнёс один из воинов, протягивая ей бурдюк с водой. — Ты в безопасности.
Эйра не верила. Внутри всё дрожало, как натянутая струна. В ушах всё ещё звучали крики, в глазах стояли образы схватки на драккаре, крови, рычаний. Её схватили, тащили, силой бросили в трюм, и теперь… снова чужие. Но они не били. Эти не били.
— Кто ты? Откуда ты? — спросил воин.
Она опустила взгляд. Не знала, как ответить. Кто она? А если это враги Харальда.
— Как тебя зовут?
Она покачала головой. Горло пересохло. Голос не слушался. Он уже хотел отойти, как вдруг его взгляд упал на кулон, висящий у неё на шее. Металл блеснул в солнечном свете.
Это был круглый медальон с изображением волчьей головы внутри круга. Старый, потёртый, но крепкий. Эйра носила его с детства, как напоминание о каком-то далёком, забытом прошлом. Его нашли на ней, когда она, младенцем, лежала у берега — полуосознанная, покрытая водорослями и песком. Сестры в монастыре хранили эту вещицу как оберег, а Эйра не снимала её с тех пор.
— Где ты взяла это? — голос воина стал хриплым, напряжённым.
— Я не знаю... Меня нашли на берегу у монастыря. Этот медальон уже был на мне.
Он замер, как статуя. Затем, бросив короткий взгляд назад, крикнул:
— Сигвард!
Из-за плеча появился старший из воинов. Высокий, широкоплечий, с лицом, будто вырезанным из камня. Его борода была густая, седеющая у висков. На шее тянулась старая татуировка — руна, обведённая символами, которые Эйра никогда раньше не видела.
— Покажи, — строго велел он, и его голос не терпел возражений.
Она с сомнением сняла медальон, вложила в его мозолистую ладонь. Он долго его рассматривал, перевернул. На обороте была старая, почти стёртая руна — едва различимая, будто выжженная временем.
— Я знаю этот знак, — прошептал он. — Это волчий медальон рода Эйвальда. Только у них такие.
Эйра сжала руки на коленях. Её губы дрогнули.
— Откуда это у тебя? Кто твои родители?
— Я… Я не знаю. Меня нашёл рыбак. Я жила в монастыре.
— Имя?
— Эйра.
Сигвард кивнул. Посмотрел на остальных воинов:
— Эйра... Забираем её с собой.
Когда драккар достиг берега, Эйра увидела поселение — оно стояло на склоне у скал, будто вырастая из самой земли. Высокие башни, крепкие ворота, деревянные дома с резными балками. Но больше всего её поразил щит, висевший у главных ворот: на нём была та же самая волчья голова, что и на её кулоне.
Они провели её сквозь двор, через покрытый шкурами вход, в главный зал. Внутри было просторно, пахло дымом и сушёным мясом. За очагом сидел старик — худощавый, с острым носом, тяжёлым взглядом и серебряной гривой волос. Он всматривался в неё, как будто боролся с памятью.
Когда она вошла, он вскочил. Его глаза широко распахнулись.
— Фрида? — прохрипел он.
Эйра растерялась.
— Простите?
— Это ты, Фрида? — он шагнул к ней, дрожа. Глаза увлажнились.
— Меня зовут Эйра.
Сигвард положил руку на плечо старику, склонившись, сказал:
— Это не она. Но, по всей видимости, её дочь. Кулон её… И глаза.
Старик закрыл глаза на миг. Плечи его опустились.
— Фрида… — тихо выдохнул он. — Она ушла в море восемнадцать зим назад. Мы думали, буря забрала их всех. Она и её муж отплыли с младенцем на руках, — он повернулся к Эйре, — с тобой?
Эйра будто окаменела.
— Я ничего не знаю...
— Фрида моя младшая сестра по отцу, но разные матери … , — сказал он . — её муж… Асгейр… мой кровный брат . .
— Тогда вы… мой дядя?
— Да...О , Великий Один, ты не подарил мне наследников и забрал мою жену к себе. . Нет никого, кто мог бы защищать честь рода, когда меня станет—он на мгновение замолчал. - . Но, теперь ты — Эйра, ты вернулась.
Он шагнул ближе, положил руку ей на плечо.
— Кровь Эйвальда вернулась домой.
Эйра стояла, не в силах пошевелиться. Всё внутри дрожало — и от страха, и от чего-то нового. От чувства, которое не имело имени. Она сжала кулон — теперь не просто амулет. Теперь — ключ к её прошлому.
— Эйра, — сказал старик. — Здесь твой дом. Здесь твоя кровь.
Глава 18. Пепел предательства
от лица Хельги
Пепел ещё витал в воздухе, оседая на обугленные балки, сожжённые крыши и землю, пропитанную болью. Ветер гнал по двору остатки золы, словно тени погибших душ. Хельга спешилась, медленно ступая по выжженной земле. Её лицо было скрыто под капюшоном, но губы чуть дрожали — не от скорби, а от сдерживаемого удовлетворения. Всё шло так, как должно было.