Покоряй во имя меня!
Рыцари склонили головы, с трепетом вслушиваясь в слова короля-лича. Их повелитель не оставлял без внимания своих подопечных, поддерживая в минуты сомнения и слабости.
- Пятая группа, я жду вас, - прошелестело в воздухе.
Эх, не успели сдать добычу, придётся стоять с мешками перед комендантом. Ей было всё равно, но демонстрировать своё добро лишним глазам рыцари не любили. Лишние глаза – лишние сплетни, лишние сплетни – больше зависти, больше недоброжелателей – короче жизнь. Кабинет Аэнор находился в самом сердце зиккурата, рядом с Комнатой Медитации. Здесь было больше всего охраны, потому что в Комнате постоянно творили чары послушники Плети, поддерживая в воздухе зиккурат. Вместо обычной охраны здесь несли дежурство «мясники» - здоровущие трёх-четырёхрукие мертвецы, сшитые из нескольких трупов и воскрешённые силой Плети. Мясниками их прозвали за оружие: цепь с крюком, которой они подтаскивали к себе жертв, и большие тесаки для разделки туш. Растолкав здоровяков, рыцари вошли к начальнице. Рыцарь смерти Аэнор стояла у книжного шкафа и выписывала в книжечку руны со старого свитка. Она всегда что-то читала или писала, весь кабинет и две отдельные комнаты были заставлены шкафами, женщина собирала книги со всех концов Азерота, хорошо платила за редкие экземпляры, и рыцари в набегах всегда захватывали все найденные фолианты, надеясь на награду. Аэнор хорошо планировала сложные операции, ей пророчили блестящую карьеру.
- Успех? – спросила она, не отрываясь от своего занятия.
- Артефакт захвачен, потерь нет, лагерь пиратов уничтожен, рейд Орды уничтожен, - отчитался таурен.
- Всем спать. Через три часа выдвигаетесь в Призрачные Земли, нашей базе в Смертьхольме нужна поддержка.
- А медальон? – подал голос Калеб.
- Курьер ещё не прибыл. За сохранность отвечаешь головой. Свободны.
К-коза! Столь ценную добычу положено сдать в оружейную комнату под особую охрану, а не валить всё на бедного рыцаря. Но это и понятно, за утерю медальона на территории некрополя Аэнор будет отвечать, только если Калеб передаст его на ответственное хранение. До тех пор отвечать будет он. Все прикрываются, как могут.
Расстроенные рыцари разбрелись по комнатам. Приказ выполняется безусловно, хотя эльфийке надо к врачу, всем необходимо сдать на склад добычу, проверить доспехи, заточку мечей. Калеб лёг спать, не снимая доспехов – лишняя преграда на пути вора, если таковой проникнет в некрополь, лишний шанс разбудить спящего. У кровати замаскировал растяжку, в дверях застыл вурдалак. В собственной крепости приходится вести себя, как в чужой таверне на краю света.
Вся жизнь должна исчезнуть!
Калеб часто видел сны, его деятельный ум и ночью продолжал размышлять, обдумывать увиденное днём, решать вопросы, о которых не было времени задуматься. Сегодня ему приснился чертёж большого сейфориевого заряда, который он вытащил из мешка механика в бухте пиратов. Интересная штука. Предполагается, что взрыв будет узконаправленным, поэтому можно обойтись меньшим количеством взрывчатки, чтобы достичь нужного эффекта. Поскольку взрыв направленный, использование его против пехоты не имеет смысла, а в строительстве самое оно… За дверью кто-то хихикнул. Калеб не обратил особого внимания, мало ли кто из девушек-рыцарей услышал пошлый анекдот. Таким зарядом можно работать в шахтах, когда попадается пласт плотной породы... За дверью зашептались и завозились. Кому там по шлему настучать? До своей комнаты дотерпеть не могут? Материалы использовались самые простые, взрывчатка да кожа, изюминка была в схеме конструкции. Интересно, если загрузить более мощную взрывчатку, принцип действия сохранится? Или надо усиливать конструкцию…? Снова раздался смех и поцелуи. Ну, всё, они напросились. Калеб встал из-за стола, отозвал вурдалака и распахнул дверь.
В глаза ему ударило восходящее солнце, лицо омыло солёными брызгами, под ногами разверзлось море. В прохладную сыроватую келью ворвалось тепло.
Дикий сталецвет цветок невзрачный – прямоугольные листочки, жёлтый цвет измены, жёсткий стебель. Но в низинном Ветландсе он растёт только высоко в горах, куда трудно добраться. Важен не только подарок, но и то, что он достался нелёгким путём. И хотя эта жёлтая пакость интересна только алхимикам да медикам, она сказала: