- Здравствуйте, леди. Посадите вашего духа на подставку, пожалуйста, - дама кивнула на одну из множества самых разных подставок здесь, - и назовите его имя.
- Я Олейра из дома Сейре. Вас должны были предупредить.
Взгляды господ сразу изменились. Все трое заинтересованно уставились на меня.
- Где же ваш второй демон, госпожа Сейре? - аккуратно уточнила женщина.
- Оставила его снаружи. Не ломать же из-за него двери. Можете наблюдать его из окна, - я указала ладонью на окно.
Один из мужчин встал и направился к нему, а женщина тем временем продолжала:
- Как вы хотите называть вашего духа?
- Этого зарегистрируйте как Гилберта фон Шварца.
На этих моих словах женщина еле заметно улыбнулась, а мужчина и вовсе опустил взгляд к бумаге, делая вид, что очень занят записью, а улыбку спрятал в усах.
- А снаружи стоит Горр.
- Надеюсь, ваш Горр лоялен к детям, даже если они его пинают, - отозвался мужчина, стоящий у окна.
Секунду я соображала, о чем он говорит, а затем бросилась к окну. Картина там была просто замечательная. Прямо перед входом стоял мороженщик. Одной лапищей демон удерживал его повозку с мороженым, а второй аккуратно в когтях протягивал эскимо стоящей перед ним девочке лет десяти. Эта светловолосая особа в шляпке прямо на моих глазах выхватила из его когтей мороженое, что-то недовольно крикнула ему, а потом пнула в ногу. Никто здесь не беспокоился за девочку, кроме меня, потому что знали, что без приказа миньон вреда не причинит. Но я-то знала, что мой демон не такой покорный, как все думают. Я распахнула окно и сверху крикнула:
- Уберите ребенка!
- О, это ваш демон?! - крикнул мороженщик. - Он у меня весь товар забрал, а кто теперь платить будет?
Девочка и демон также заметили меня и оба подняли на меня взгляды. Девочка, будто испугавшись, что у нее отберут вкусняшку, запихнула себе в рот сразу половину эскимо. Надеюсь, у нее после этого мозг льдом не покроется. Образно говоря. Когда я так делаю, у меня именно такое ощущение и возникает.
- Никому не двигаться! - рявкнула я и бросилась к выходу.
Уже через минуту я вылетела из здания. Демон вел себя смирно, а вот что за выражение было на моем лице, я не знала, но зато девочка, спокойно стоявшая рядом с демоном, от меня отшатнулась и засунула в рот уже новое мороженое.
- Госпожа… - начал было мороженщик, но я даже не взглянула на него.
- Минуту!
Я не собиралась применять силу, просто хотела объяснить ей, что так делать нельзя.
- Деточка, - я наклонилась к ребенку, - послушай, нельзя бить чужих миньонов, они могут обидеться.
- Он заслужил! Он плохо поступил! - крикнула на меня девочка.
Демон сразу протянул ей ещё одно эскимо, которое она быстро схватила, будто боялась, что отберут, и сунула в рот целиком, вместе с палочкой и оберткой.
- Что он сделал? - глядя на такое зрелище и слыша, с каким удовольствием она хрустит обёрткой, я растерялась, и потому задала заранее заготовленный вопрос.
Ответить девочка не успела, демон рыкнул на нее, и она, взглянув на него, сказала совсем иное, не ответив на мой вопрос. Указав на демона пальцем, она закричала на меня своим детским голосочком:
- Его зовут Агарес! Ты не имеешь права…
Раздавшийся от демона рык и грохот полетевшей на пол повозки с мороженым заставил ее прерваться. Она бросила быстрый взгляд на разъяренного демона, в глазах которого полыхало фиолетовое пламя, икнула от испуга, а затем подхватила с каменной мостовой самое ближайшее к ней мороженое, второй рукой прижала шляпку к голове и бросилась бежать. Сделала она это так быстро, что я даже не попыталась ее остановить. И ещё, дети так быстро не бегают. Можно было, конечно, предположить, что она просто боялась, что у нее отберут мороженое, но сделать такое предложение мог бы лишь тот, кто не видел, как быстро она убегала.
- Так, Агарес, - я повернулась к нему, не менее разозленная, чем он, - немедленно объясни мне все это!
Сверху из окна раздалось чвирканье импа, словно он поддерживал меня в моих возмущениях.
Я же раскинула руки в стороны, имея в виду все случившееся. Но демон сомкнул пасть и принял виноватый вид. С таким же видом на меня в детстве смотрела одна из собак отца, которую я ругала за то, что она стащила мою котлету с тарелки. Голова опущена, взгляд фиолетового огня смотрит куда угодно, кроме моих глаз, все время пытается отвернуться. Демон даже присел на мостовую и оперся на нее ладонями, стараясь казаться ниже, хотя даже так он оставался выше меня. Я скрестила руки на груди, всем видом выражая негодование, но произнесла другое и уже примирительным тоном: