Сидя на пыли, в кромешной тьме с сиюсекундным мерцанием, руки лежали на коленах. Возникла струйка за спиной. Она тянулась к трубам, по стене, чего-то желая. Рука обессилено скатилась, жижа ощутила теплую ладонь и поползла по пальцам, вточь повторяя движение крови в сосудах.
Душа горюет, ведь личность таит и растворяется. В голове всегда бурлит чужой поток инфочастиц, чьи-то голоса, мысли. Они окружают и сливаются. Но под жижей посторонние лезут глубже, умоляют сильней. Они поглощают "я".
"Никому нет дела до них, так почему должно быть мне?" - всплывает отражение мысли среди бесконечного шума.
"Я" зацепилось за объедки инфоцепей, которые умудрились остаться с владельцем. Оно пытается вернуться и вновь воссоздаёт былые сильные воспоминания, лишь бы не забыться или разрушится под гнётом чуждой информации. Образы всплывали, но тут же заплетались с реальностью. Её разум пробуждал отголоски в щели. Инфоцепи высвобождались за дверью, созидая топот сапог. Власть в ногах выжила черная жижа. Поэтому она обессилено повалилась и пробороздила влажным плащом по стене.
- Лежать на земле, - ворвались они в дверь с криками.
Жижа сверкнула разрядом, поднялась, как длинная змея, снова разредила и раскрыла по бокам крылья с пальцами. Выстрелы изрешетили её. Мощная пробивная дробь разорвала длинное туловище, размазала клочья по стене и разворотила бетон. Штукатурка посыпалась на тело. И когда от чудища осталось лишь черное месиво, они заметили кровоподтёки и дыры от пуль на трупе незнакомки.
- Цель не удалось взять живой, - сообщил робот, озадаченно хмыкнул, после того, как разглядел черную кровь из ран.
- Замораживайте, быстро! - неожиданно пришёл громкий ответ. - Слышите, ни к чему не прикасайтесь!
Зашло два робота, руки держали увесистые криопушки с длинным дулом. Кровь смешалась с пылью, незаметно проползла по тени и растеклась вширь. Появилась неглубокая лужа, которая коснулась ног роботов. Она сверкнула, впиталась в железные стопы и просочилась к деталям. Роботы начали плавиться. Разряды жижи коротили провода.
Её мозг снова окунулся в хаос, сознание растворилось. Инфочастицы начали отделяться от стаи, разбредаться по окончаниям нейронов. Теперь они затерялись в чуждых землях, как массовка, безымянная толпа, которая беспорядочно кучковалось по комнатам.
Неожиданно связь в последних цепях окрепла. Инфопоток перетёк по частицам и передал из центра фундамента шаблон. Издался импульс. Инфоцепи проехались в мозгу. Возле фундамента возникли связующие частички, которые отделились и разбрелись по нейронам восстанавливать память.
Чтобы избежать резонанса, некоторые инфочастицы разрушились, другие же начали меняться. Они покорялись модели в связующих частицах, строили новые цепи по шаблону. Их поведение не понял бы ни один ученый или робот-исследователь. Теперь они подконтрольны не четкой инструкции. Ими управляет инфопоток, своевольный и безнравный. Старые инфоцепи целомудренны, их связь крепка и неразрывна. По ним восстанавливались фрагменты. Новая цепь подстраивается, встает недалеко, вблизи. И чем больше строился лабиринт цепей, тем ярче казались воспоминания и эффективнее собирался объемный пазл.
Теперь она вспомнила.
Массивная рука стиснула запястье. Девочка почувствовала беспомощность. Она легко бежала, чтобы успевать за километровыми шагами. Он заметил, что девчушка запыхалась, и убавил шаг.
- Прости, милая. Иногда я забываюсь.
- Ничего, - выдохнула она и мило улыбнулась. - За вкусняшку всё прощу.
Он посмеялся.
- Я же на прошлой недели вам покупал сладости. Ох, разорите же вы меня!
У комнаты их поджидали. Непредвзятая холодная брасианка вдруг вжала губы, когда увидела девочку. Дарссеанен заметил необычный не свойственный ей взгляд, как будто приволокли вонючий мешок загнивших фруктов.
- Я жду, - топнула она ногой, сумочка на плече шелохнулась, но на лице не дрогнула ни одна мышца. - Довольно долго.