Морские набеги справа лениво накатывают сияющие под солнцем волны, создавая бугристые морщины у древнего океана. Одинокие виллы плавают в соленой пустыни. Волны бьют толстые плавучие плиты, рассыпаются на множество капель и блестят на солнце, как дождь из янтарных осколков.
В море извергнулся гейзер, с брызгами вырвалась грузовая фура. Она пролетела в невидимом мерцании средь чистейших стёкол башни, оставляла искажения в отражении, но, возвышалась, пока не поднялась и пропарила у крыши, осторожно приземляясь. Вин скрестил руки и расслабленно дожидался их. Грузовые двери опустились, гости вышли.
Их броня усеяна стальными пластинами, каждая прикреплена к магнитной выемке, будто чешуйку посадили в специальное механизированное гнездо. На плечах ветер болтал либо поблеклую иссохшую шкуру тосорцев, либо выцветшую изношенную замшу брасков, словно постаревшую кожу, которую вшили не по моде. Они могли её теребить, ею дышать, к ней прижиматься. Она с ними, как память, собственная кожа, которой они лишились и за которую держались лишь из-за старческой сентиментальности. Тонированное стекло скрывало профиль лица, что вылепил принтер по заказу. На шлеме высвечивались две точки. Багровые, изумрудные огни светили ярче кошачьих глаз. Чертёж кибертела лишил их рта, поэтому шлему не нужен громоздкий фильтр. Отверстия, вместо губ, пропускали воздух, и он очищался в стальных воздушных пакетах от пыли и газов. Киберлегкие даже могли определить страх и отчаяния по молекулам пота, из которых высвобождались тревожные цепи. Они притягивались ко дну в механические клапаны, подхваченные ураганом насосов. Запахи жертв чуются за милю, лишь бы уловить тропинку из крошечных капель и пойти по ней. Они способны запомнить вкус крови, когда пули фаршируют тело, и понять, о чём думает цель перед смертью. Запах крови всплывает чаще, чем лица мертвецов.
- С прибытием, - окликнул Вин командира, который спустился после солдат. Тот завис, чтобы разглядеть крышу через свои бордовые огни, а ветер крыши щадяще поприветствовал расцарапанную и потертую броню и колыхнул седую замшу на плечах. Командира приободрил новёхонький киборг с вылепленным недавно телом, пахнущим свежим металлом, но с вшитой выцветшей тосорской шкурой. Он похлопал его по спине, когда остановился у правого плеча, отвел взгляд и бросил свои синие светляки на Вина. Молодой тосорец мотнул головой.
Командир унялся и заразился уверенностью Вина, ведь тот не дрогнул после того, как они прибыли, но всё же он решил удостовериться, чтобы, наконец, усмирить скулящие нервы:
- Хэк выполнил задачу?
Солдаты рассредоточились, оккупировали дверь к лестнице. Замок замигал, когда увидел незнакомые лица.
"Простите, крыша открыта только для персонала компании, либо в экстренных аварийных случаях. Зайдите, пожалуйста, через главный вход. Там вам окажут квалифицированную помощь".
Однако солдаты остались у двери, чего-то ожидали.
"Я с вами не знаком? Вы наши новые сотрудники? Поговорите с администратором в вестибюле, может он выдаст вам пропуск".
Тихое молчание давило на замок.
"Если вы не отойдете, то я вызову охранника!"
Солдаты переглянулись и мигом отошли. Командир только услышал тон замка и сразу додумался, что не всё гладко.
- Недавно связывался. Думаю, сообщит, когда разберётся с допуском.
Ветер издал гул с порывами, а командир молча обошел Вина и переступил ноги робота на полу. Он остановился у края крыши и всмотрелся в море. Вин покосился на старика.
- Не волнуйся, он в норме, - вмешался свежепостроенный киборг. Он положил механическую конечность на плечо внука и потряс его. - Мы учитывали, что придется немного подождать. Ведь снять охрану не так проста.
- Поэтому туда отправили Хэка? Не меня! Теперь командир будет отвлекаться.
- Дрин всегда сосредоточен, - настаивал дед немного взбудоражено. - Соглашусь, мы давно воевали, но чутья не растеряли.
- Да, да, - растягивал Вин, почесывая затылок.
- Что за жестянка? Ты себе кибертело нашел? - намекнул дед на робота.
- Ещё чего! - встрял Вин. Дед усмехнулся с электронным эхом в киберлегких. Он указал солдатам на робота. Его подняли, включили мерцающий камуфляж и сбросили с небоскреба в море. - Это мой партнер в патруле. Обычно у меня по два напарника, но сегодня особый день. Здание почти пустует, а большая часть роботов кого-то преследует.
- Вот как, - призадумался Дрин, наблюдая, как тело падает к морю вдоль опорных стен, а потом как разбрызгивается от удара о воду и поглощается волнами. - Значит, сейчас удачный момент. Молодец, сын.
Всплески волн создавала битва ветра и моря, которая доносилась до крыш. Они достигали Дрина, как выстрели в глубоких воспоминаниях, и напомнили о простой истине: "Борьбу не унять". Хоть и родилась не преднамеренно, когда столкнулись две стихии, которым не хватало воли, но будет вечной: иногда стихнет на краю мира, иногда взбучится от легкого прикосновения.