Вдруг протез заискрился. Хэк зашипел от прокалывающей руку боли. Тогда на локте возник разъём, который высвободил молнию. Изот свалился и затрясся, будто разряд не прекратил пробивать провода и микросхемы. Тело не подчинялось, слабело, стонало. Стальной корпус превратился в гипс и сковал его, как инвалида. Он старался защитить инфоцепи от искрометного сигнала, но не успевал уследить за вселенной инфочастиц внутри себя. Тогда у глаз показались ботинки Хэка. Старик поднял парализатор, выпрямился, прицелился и сдавил кнопку. Механизм запускал безумец, детали которого перебрались в мозг. Изот ощутил сбой тела. Новая порция тока добила его. Робот остолбенел и задымился, затем простонал через динамик и смолк. Хэк притих над его телом.
"Я помню твои намеки о моей слабости. Я думал о ней, разговаривал и выяснял у знакомых киборгов. Они предложили поставить дарссеанский предохранитель, который бы высвобождал наружу лишние инфоцепи разрядом молнии. Я не киборг, мне бы сошел одноразовый. Причем не обязательно, что он сработает. Предохранитель не действует на определенные инфоцепи, но решил рискнуть. Всё ради азарта, ты же знаешь. Жаль, что так получилось, Изот. Нужно было идти на выходной, а не вспахивать на Рарказа. Вечно ты так".
Хэк ненавидел себя за то, что нажал на курок. Весь путь к серверу он корился, ведь не был настойчивее, когда советовал Изоту отдохнуть. Старик ненавидел парализатор, ведь негоже так муторно переключатся между режимами. Он презирал свою привязанность и слабость. Но пора свыкнуться. Он должен был убить Изот. Или друг, или собственные дети и будущее. Он сделал выбор.
Без помех планшет с легкостью создал новые инфоцепи. Замок раскрыл дверь киборгам, как посетителям башни. Дрин с иронией посмотрел на глупого питомца, послушного щенка, которого обделили разумом. Они крались, скрываясь в тени. Роботы на верхних этажах незаметно редели, будто лишь тень растерзала их корпус и броню, а призраки пробивали тела до дыр. Вин проводил группу командира до головной сферы. Хэк сидел на перилах моста, без шлема, стараясь разглядеть вдалеке труп Изота, но его похоронили сервера. Киборги промчались по останкам роботов, Хэк отвлекся на скрежет, Изот будто лежал перед ним на мосту. Дрин встал перед ним и положил руку на плечо.
- Знаю, о чем ты думаешь, но жертвы необходимы, - успокаивал он сына. Хэк фыркнул, словно хотел посмеяться и взбесится одновременно, но сдержался.
- Обижаешь, пап. Я всё-таки уже большой дядя.
- Для меня ты всегда будешь маленьким. Даже если все ворсинки у твоей замши поседеет.
Они отвлеклись, когда вибрации подхватили слова Дрина, скрыли их за громким гулом и заглушили сервера в каньоне. Комната вокруг сферы дрожала, а вместе с ней танцевали мониторы на полу, как шаманы вокруг алтаря, к которому тянулись провода. Техники примагнитили последнее гнездо к стеклу, и сфера затихла. Дрин заметил, как сын снова опустил глаза к серверам.
- Там погиб твой друг? - спросил он. Хэк покачал головой. Отец чувствовал ту печаль, которая скрывалась в его сердце и читалась в глазах.
- В некотором роде я ему завидую, ведь он сражался за свою мать, - намекнул Хэк, ведь Дрин прекрасно знал, что сын был совсем мал, чтобы помнить её.
- Я освежу твою память, когда мы вернёмся домой, - прошептал он. - После операции у нас будет много времени.
- Как вы собираетесь искать Ирму? Временного допуска не хватит, чтобы пройти секретные этажи и коридоры.
- Мы взломаем сферу. Сейчас мы подключимся к камерам, потом выясним структуру башни, местонахождение патрулей, затем мы узнаем о технологии бесполого размножения, а Ирма не проблема. Она там, рядом со своим замыслом.
- Угу, - произнес Хэк и спустился с перилл на мост. Он вяло реагировал на планы отца и доверял больше результату, а не словам.
Мониторы испустили свет. Техник чертыхнулся.
- Командир, - крикнул он, и Дрин тут же подошел.
Солдаты выпнули пыхтящий дымом корпус с моста. Хэк попрощался со вторым трупом, с Изотом, и вернулся в комнату сферы.
Внимали всего один монитор. Хэк сначала покосился, но, когда ощутил лишь игривость сквозняка, а не шумы и разговоры киборгов, то подошел и выглянул из-за спины отца. Камера парила средь небоскребов и фиксировала, как бескрылые птицы пронзают белые облака из холода и паров. Капсулы разлетались от города, будто в центре прогремел взрыв, и звуковая волна распугала всех пернатых. Возник гриб из чистого неба. Хэк увидел черную грязь на здании, но она не капала и не падала на тротуар, а тянулась к крыше и заползала в окна.