Алирио с некоторым подозрением относился к подготовке в Каракасе, столице Венесуэлы, однако, бросив короткий взгляд на новую коллегу, не без удовольствия заметил, что она кивнула и даже показала пару записей, сделанных на ладони.
— Да, сеньор, но без практики ничего не получится освоить, – сказала Митра, смотря на старшего колдуна. – На практике станет понятнее, как работать с вашими заклинаниями. Я не занималась глубинным погружением, но наслышана от старших оперативников, что Ваши методы позволяют точнее и чётче исследовать место преступления.
— Вот как? – удивлённо вскинул брови Медина, выжидая, как и что скажет Митра. Ему действительно было любопытно, как оперативница преподнесёт информацию.
— Да, – кивнула Танай, – у нас только старший оперативник может использовать заклинание слияния с паутиной следователей и погружаться в память места дальше, чем на 5-6 часов во избежании расщепления личности.
— Значит, опыта в глубинном погружении нет... – нахмурился Медина, но поспешил скинуть напряжение и легко улыбнуться. – Что же, в любом случае мы с Яремом будем помогать тебе.
— Главное техника безопасности, – отшутился младший следователь, следуя за старшим. Его не слишком радовала перспектива возиться с необученным оперативником, однако сказать что-то против не мог. – Танай, тебе попадались дела с идеальным проникновением и последующим убийством?
— Да, – кивнула ведьма и перевела на Ярема внимательный взгляд, – достаточно интересные дела, а что?
— Да то, что у нас похожее дело, – троица прошла внутрь придомового сада и остановились перед номерком криминалиста, – вдруг уже знаешь, куда стоит сразу посмотреть, чтобы не стоять тут всю ночь.
Ярем говорил спокойно и уверенно, а Митра слушала внимательно, скрестив руки на груди и явно думая о чём-то своём. Медина ушёл чуть вперёд и направился к следователю-немагу, планируя получить краткую сводку из первых уст и не полагаться на то, что все данные в планшете были обновлены до последней версии.
— Метод взлома не делает дела похожими, – парировала оперативница, выпуская с кончиков пальцев белых светлячков, которые плавно опустились на траву и, подсвечивая магическое вмешательство криминалистов, указали, как можно пройти к статуе. Пара полицейских двинулась по размеченному проходу, который огибал улики. – Впрочем, это может подождать. Меня больше интересует труп.
Танай аккуратно шагнула вперёд и подняла руку, на которой материализовался белоснежный шар,осветивший погибшего.
Застывшая маска ужаса на лице Адемира сохранялась даже после смерти. Некогда золотые глаза помутнели, а губы всё ещё были растянуты в немом крике. Расползшиеся по белой коже синяки выглядели чем-то чужеродным, неправильным, портящим картину прекрасной смерти. Оперативница изучала лицо, а потом опустила взгляд на землю. Неподалёку от статуи была подсвечена лужа крови, от которой тянулись следы в сторону выхода с участка.
— Там есть следы, будто бы Адемир пытался уползти, но почему он не звал на помощь...
— Выстрел был в доме, значит, драка началась там. В сад он мог попасть уже обессиленным и уставшим, – заметил Ярем, осматривая отмеченные следы красноватым огнём. Это было одно из базовых заклинаний следователей, которое помогало понять, как именно располагался погибший, – вешали его уже обессиленного, но живого: убийца хотел донести послание кому-то. Учитывая, что Адемир имел достаточно врагов и не чурался нарушения закона, это должен был сделать кто-то из его партнёров.
— У него были приводы? – вскинула брови ведьма.
— Домогательства во время учёбы, – откликнулся колдун, – не думаю, что за время работы он изменился.
— Понятно, – кивнула Танай и мягко взмахнула рукой, перенаправляя огонёк в сторону дома, Варгас проделал тот же трюк, позволяя огоньку подсвечивать следы. Пока что можно было точно сказать, что следы принадлежали только одному – Адемиру, другой пары не наблюдалось.
Подходя к крыльцу, следователь и оперативница заметили, как светло-синяя магия криминалистов подсвечивала следы крови и направление, в котором двигалась жертва. Погибший явно немного притормаживал и двигался короткими рывками, словно его кто-то держал за шкирку. Пара отпечатков рук Валеро виднелась на лестнице.
— Или кто-то из мужей обиженных жертв, – заметила собеседница, поднимаясь по лестнице на крыльцо и подсвечивая дверь. Добротная, сделанная со смесью дерева и стали, которую сложно было бы взломать отмычками и пришлось бы использовать специальное оборудование. Так же отчётливо был виден след от магической печати, которая блокировала вход в дом. Впрочем, следов взлома печати не наблюдалось, а это говорило о том, что печать не взламывали, и Адемир самостоятельно открыл дверь. – Но и следов взлома не вижу. Вполне вероятно, что он был знаком с этим человеком.