— Вот только не говори, что она у Антхи трупы научилась поднимать, – глухо сказал Медина, на его лице проскользнула тень усталости.
— Вариант хороший, но нет. У Антхи можно научиться только хихикать как ведьма, – улыбнулся младший колдун, заметив слабую ухмылку на губах собеседница.
Они замолчали, давая друг другу время. Варгас не торопил, а Алирио собирался с силами. Было видно, как сложно давалось следователю собирать воедино то, что нужно было сказать. Он то сжимал губы, то расслаблял их, то глубоко вдыхал, то вновь его дыхание становилось едва уловимым.
Старший венесуэлец выпрямился и открыл глаза. Он посмотрел на протеже спокойно, но в его взгляде Ярем всё-таки заметил нотки растерянности и лёгкого испуга.
— Оказывается, у меня не только вытерта личность Амара, – невесело проговорил Медина и опёрся ладонями о колени, – я не помню больше, чем мог себе представить. Воспоминания вытерты начисто.
Варгас чувствовал, что наставник не врал. Ему не нужно было даже распускать паутину, чтобы уловить особые нотки обречённости в голосе учителя.
— Да ты что? – нахмурился Ярем, – сколько удалено?
— Больше полугода, – ответил Алирио, отводя взгляд от молодого следователя. Венесуэлец нервно потёр ладони сцепил пальцы в замок. – Отправил аналитикам запросы на все дела, что я вёл 10 лет назад. Хоть где-то, но должно всплыть что-то странное, что могло быть связано с Амаром Митрой. Кроме Ирэн. Да хоть один район пропажи, общие группы по интересам. Хоть что-то.
— А есть необходимость? – уточнил Ярем.
— Я хочу понять, кто может быть мозговым диверсантом, – признался старший венесуэлец, поднимаясь и подходя к кофейному столику. Мелким щелчком он включил чайник и протёр лицо. – Понимаешь, всё бы ничего, но целый пласт вырван, какие-то воспоминания заменены, какие-то скорректированы. Естественно, я всё оставлю «на потом», но просто так это не оставлю. Кто-то слишком хорошо заметал следы.
Варгас неопределённо покачал головой и вернулся к недописанному отчёту по делу Амара. В словах Лира были здравые нотки. Даже сам молодой следователь был свидетелем того, как люди находились и через 10, и через 20 лет. Просто так поворачивалась жизнь. Кого-то похищали, кто-то уходил добровольно, у кого-то страдала память.
Взглянув на наставника, Ярем отметил, что Алирио мыслями был уже где-то далеко, за пределами кабинета. Усталость постепенно проходила, уступая место грусти. Но Медина прикрыл глаза и медленно выдохнул, разгоняя гнетущие мысли и беря себя в руки.
— Как смотришь на то, чтобы я тебя сосватал своей младшей дочери? – вдруг нарушил тишину старший следователь. – Ты ей давно симпатичен.
— Чего это ты вдруг? – вскинул брови Ярем с тихой усмешкой, – внуков собрался нянчить?
— Да, – признался старший следователь, отпив кофе и повернувшись к собеседнику, – на пенсию хочу уже выйти и нянчить внуков.
— Я бы не стал подходить к этому вот так, – признался Варгас, погружая ноутбук в спящий режим, – симпатия – это здорово, но какой из меня муж, если я будут постоянно на опасной работе? Ну и ты знаешь, какие риски для членов семьи у следователей. Думаю, это опрометчивый шаг.
— Но попробовать-то стоит, хотя бы пару выходных пообщаться за городом, – предложил старший колдун с хитрой улыбкой. – Или ты решил обет безбрачия принять?
— Пару выходных можно, – с удовольствием согласился Варгас и улыбнулся, – нет, зачем мне эти зароки? Просто я только недавно начал чувствовать себя более-менее нормально в роли следователя и не бояться открывать дверь на звонок. В первый год я постоянно держал пистолет со взведённым курком перед открытием.
— Тогда приглашаю тебя на эти выходные к себе на дачу, – широко улыбнулся наставник, будто бы ничего и не было. – Отдохнём нормально в комфортной компании.
— Прекрасно, я приеду, – улыбнулся младший венесуэлец, – что привезти?
— Перцы, – уверенно сказал Медина, – Иветт хотела запечь свинину с красными перцами.
— Как обычно, или помягче? – уточнил Варгас, чуть цокнув языком.
— Как обычно, конечно, – наигранно возмутился собеседник. – Не пойдём мы на понижение.
— Грабители, – в ответ театрально вздохнул Ярем, – папа опять с меня стряхнётся ползарплаты.
— Я ему приготовил настойку, – заговорщически проговорил Медина. – С травами, между прочим. А маме твоей Иветт привезла гостинцы из Европы.
— Ну тогда он сделает скидку, – дежурно отшутился младший следователь.