Лично я люблю беспокоить Дугласа. Кроме того, спрашивала об этом мистера Гудхарта, и он согласился со мной. Поэтому я часто его беспокою. Я подхожу к двери в его комнату, к которой прикреплен большой знак «Не входить», и громко стучу. Затем кричу:
— Дуг! Это я, Джесс!
И захожу внутрь. Дугласу больше не разрешено запирать дверь. Не после того, как мы с отцом на прошлое Рождество вышибли её.
Дуглас лежал на кровати и читал комикс. На обложке нарисован викинг и девушка с огромными буферами. Всё, что Дуглас делает с тех пор, как вернулся из колледжа, — это читает комиксы. И во всех комиксах девушки имеют огромную грудь.
— Угадай что, — сказала я, присаживаясь на кровать.
— Майки поступил в Гарвард, — ответил Дуглас. — Я уже слышал. Подозреваю, как и все соседи.
— Неа, — сказала я. — Не это.
Он посмотрел на меня поверх своего комикса.
— Знаю, мама думает утащить нас в «У Мастриани», чтобы отпраздновать, но я не пойду. Ей пора научиться жить с разочарованием. И тебе лучше держать свои ручонки подальше от меня. Я не поеду, как бы сильно ты меня не ударила, и на этот раз я дам сдачи.
— И не это, — сказала я. — У меня не было в планах тебя бить. Во всяком случае, не сильно.
— Тогда что?
Я пожала плечами.
— Меня ударила молния.
Дуглас вернулся обратно к комиксам.
— Конечно. Закрой дверь с той стороны.
— Я серьезно, — сказала я. — Мы с Рут прятались от шторма под трибунами в школе...
— Те самые трибуны, — спросил Дуглас, снова глядя на меня, — которые сделаны из металла?
— Верно. Я стояла, прислонившись к одной из опор, когда молния ударила в трибуны, и следующее, что помню, как лежу в пяти футах от того места, где была, и у меня покалывает всё тело...
— Чепуха, — сказал Дуглас. Но он поднялся. — Это чушь, Джесс.
— Клянусь, правда. Можешь спросить у Рут.
— Тебя не ударяла молния, — сказал Дуглас. — Тогда бы ты не сидела тут и не разговаривала со мной.
— Дуглас, говорю тебе, всё так и было.
— Где входной шрам, ммм? — Дуглас потянулся, схватил меня за правую руку и перевернул её. — А выходной? Ток вошел бы в твое тело в одном месте, и вышел бы в другом. В обоих местах должен остаться шрам в форме звезды.
Он отпустил мою правую руку, когда говорил, и схватил левую, затем перевернул и её тоже. На моих ладонях не было шрама в форме звёздочки.
— Видишь. — Он бросил мою руку с отвращением. Дуглас знает о многом, как например об этом, потому что всё, чем он занимается — это читает, и иногда настоящие книги, а не комиксы. — Тебя не ударила молния. Не ходи тут, рассказывая об этом, Джесс. Знаешь, молния убивает сотни людей в год. Если бы тебя она ударила, то сейчас ты находилась бы в коме.
Он лег и снова уткнулся в комикс.
— А теперь, проваливай, — сказал он, толкнув меня ногой. — Я занят.
Я вздохнула и встала.
— Хорошо, — сказала я. — Но ты пожалеешь. Мама говорит, что мы будем, есть лобстеров.
— Мы уже ели лобстеров в тот вечер, когда я получил письмо о принятии в Университет, — сказал Дуглас своему комиксу, — и посмотри, что из этого вышло.
Я протянула руку и схватила большой палец его ноги, затем сжала.
— Хорошо, большой ребенок. Просто лежи здесь с капитаном Ларсом и его большой раздутой красоткой Хельгой.
Дуглас посмотрел на меня поверх книги.
— Её имя, — сказал он, — произносится как Уна.
Потом нырнул обратно в комикс.
Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, я пошла наверх по лестнице в свою комнату.
Я не слишком беспокоюсь за Дугласа. Знаю, что, вероятно, должна бы. Я, наверно, единственная в семье, кто не волнуется за него, за исключением, папы, да и то не наверняка. Дуглас всегда был странным. Всю свою жизнь, кажется, я била людей за то, что они называли моего старшего брата умственно отсталым, бестолочью или извращенцем. Не знаю почему, но, хоть я и младше, я чувствую себя обязанной ударить каждого из этих людей в лицо за то, что они изводят моего брата.
Это бесит маму, но не отца. Папа только научил меня, как ударить более эффективно, посоветовав мне держать большой палец за пределами кулака. Когда я была совсем маленькой, то била, спрятав большой палец внутри кулака. Следовательно, растянула его несколько раз. Большой палец, имею в виду.
Дуглас обычно злился, когда я участвовала в драках из-за него, так что через некоторое время я научилась делать это за его спиной. И, думаю, унизительно иметь младшую сестру, избивающую людей от вашего имени. Но я не признаю свой вклад в то, что случилось с Дугласом позже. На прошлое Рождество он пытался покончить с собой. Вы же не попытались свести счеты с жизнью только потому, что ваша младшая сестра раньше заступалась за вас. Правда?