— Нет, не фонарь, — он фыркнул и чуть прищурился. — Там, на проводе, чьи-то кроссовки висят.
Я запрокинула голову, и действительно — пара чeрных, потрeпанных кроссовок болталась, зацепившись за провод.
— Это какой-то знак? — скептически спросила я.
— Говорят, если кинуть обувь на провод, значит, оставляешь что-то позади. Ну, или это просто чей-то прикол.
— И ты в это веришь?
Он повернулся ко мне, наклонил голову вбок и посмотрел так пристально, что мне стало не по себе.
— А ты хочешь верить?
Я не знала, что ответить.
— Может, тебе стоит тоже что-то оставить позади? — продолжил он, опуская голову и глядя на меня исподлобья. — Забыть о том, что было, выкинуть из головы ненужное дерьмо и начать всe заново.
Он говорил это спокойно, но я чувствовала, что этот разговор не просто так. Что он не просто обо мне.
— А ты? — я подняла бровь. — Ты что-то оставил?
Он улыбнулся, но в его глазах что-то мелькнуло.
— Может быть.
Я смотрела на него, изучая. Слишком тeплый взгляд. Слишком мягкий голос. И когда он шагнул ближе, я не отступила.
— Если бы ты могла, ты бы что оставила?
— Не знаю… — Я пожала плечами, но вдруг сама же себя поймала на мысли, что знаю.
Он снова чуть ухмыльнулся, но уже по-другому.
— Значит, пора это выяснить.
Он резко схватил меня за запястье и потянул за собой. Я не сопротивлялась.
Не сопротивлялась, хотя представляла другие руки. Не сопротивлялась, хотя эти дурацкие кроссовки теперь не выходили из моей головы, и дело даже было не в них. Не сопротивлялась, хотя мне есть кого оставить позади, но даже сейчас, пока Кай держит меня за руку, я думаю о нeм.
Чeрт.
Кай уверенно ведeт меня вперeд, не замечая, как я сжимаю губы в тонкую линию, как мои мысли застревают в прошлом, как в груди что-то сжимается. Он говорит о чeм-то лeгком, будничном, старается держать разговор на нейтральной волне, но я уже не слышу. В голове слишком громко звучит его голос, Эйдана.
Я вспоминаю, как он держал меня за руку, так же твeрдо, так же уверенно, но с другим смыслом, с другой болью, с другой отчаянной привязанностью, которая не поддаeтся логике.
Кай резко останавливается, и я спотыкаюсь, но он быстро ловит меня, удерживая за плечи.
— Ты здесь вообще? — он хмурится, всматриваясь в моe лицо. — Ты какая-то… отстранeнная.
Я моргаю, стряхиваю с себя мысли, заставляю себя выдохнуть.
— Просто задумалась.
Задумалась о том, как они отличаются. Кай знает, чего хочет, и добивается этого. Он не бросает слова на ветер, не исчезает без предупреждения, не оставляет после себя глухую пустоту. Он стабилен, предсказуем. Он рядом. И, возможно, именно это мне и нужно. Я не знаю, что чувствую к нему. Возможно, это симпатия, может, просто дружба, но мне так легче. Да, легче, потому что это что-то новое, без эмоциональных качелей, без страха, что завтра всe рухнет. С ним нет боли, только лeгкость.
Мы провели вместе ещe несколько дней. Гуляли, болтали, иногда просто сидели в кафе, и в какой-то момент он поцеловал меня. Я знала, что это случится. Ждала. Ждала этого момента не потому, что мечтала о нeм, а потому, что мне нужно было понять, нужно ли мне это вообще.
Губы Кая были мягкими, тeплыми, настойчивыми. Он наклонился ближе, медленно, так, чтобы я могла остановить его, если не хочу. Но я не остановила. Я позволила. Ощущала его дыхание, чувствовала, как его пальцы скользят по моей щеке, и пыталась что-то испытать. Что-то. Хоть что-то.
Но я не знаю, что почувствовала.
Марианна бы сказала, что если я не могу объяснить, значит, не почувствовала ничего.
Ведь должны быть бабочки, дрожь, жар, вспышка внутри. Должно быть что-то, что заставляет тебя потерять голову.
А мои бабочки давно умерли.
Глава 2
Элисон
Я устало вздохнула, натянув одеяло на голову, но Марианна не собиралась отступать. Она уже сидела на краю моей кровати, скрестив руки на груди и сверля меня взглядом, в котором ясно читалось одно — "Ты идeшь, хочешь ты этого или нет".
— Нет, ты идeшь, — повторила она так твeрдо, что у меня даже не было шанса возразить.
— Нет… я не иду.
— Это Хэллоуин! Это прикольно, это весело!
Я приподняла голову и устало посмотрела на неe.
— С каких пор мы отмечаем Хэллоуин?
— Мы не отмечаем, но мы просто идeм на тусовку, — она всплеснула руками, как будто пыталась объяснить очевидное. — Просто отдохнeм, разве мы так часто куда-то выбираемся, кроме катка?
— Не часто, но на тусовках собираются те, кто хочет выпить, покурить, поцеловаться и потрахаться.