– А от чего зависит, откуда вылетишь?
– Как выкинет. Обычно людей выкидывает из зеркала в главном холле, там как раз для таких случаев батут лежит. Но бывают исключения. В этом году их что-то много стало, я даже свое зеркало подальше положил, вдруг еще один ученик выйдет.
– Ахаха, – представляю картину. Весело бы было.
– Ну, ну, молодой человек, – успокаивает меня учитель, – вот ваш ключ, держите.
– От чего?
– Комнатка твоя, от чего же еще, – отворачивается от меня он, – Номер 24, четвертый этаж. Так. А теперь нажми-ка сюда, – показывает на овальную штуку на столе.
Послушно нажимаю.
– Еще раз, – требует секретарь.
Нажимаю еще раз.
– Еще.
Повторяю. На экране показываются мои отпечатки пальцев.
– Так. А теперь не пугайся, – он берет фотоаппарат и направляет камеру на меня.
Положение для фотографа какое-то... неудобное. Я стою, повернувшись сбоку, еще не разогнувшись после отпечатков, как раздается щелчок. Из фотоаппарата выходит луч, сканирует меня с головы до пояса и возвращается обратно.
– Готово. Держи свое удостоверение.
Хотя знаете, беру слова насчет бюрократизма обратно.
Мне протягивают красную карточку.
– Это чисто формальность. Удостоверение нужно как документ о том, что ты действительно теперь учишься здесь, – поясняет он. – Чтобы пройти куда-нибудь, тебе нужно будет приложить свой палец, сканер узнает тебя, и дверь откроется. Перемещение разрешено только со второго корпуса по пятый. Первый и шестой закрыты для учеников, так что даже не пытайся. Двери на твои отпечатки все равно не откроются.
Я киваю и смотрю на удостоверение. Я вижу самого себя, сфотографированного в профиль, хотя секретарь отсканировал меня сбоку. Удобный фотоаппарат. За фотографией следует:
Ученик: Ахилл Гульран
Курс: первый
Тип: первый
и сбоку моя неулыбающаяся морда. Чудно.
– Сейчас за тобой зайдут. И не забудь посмотреть расписание, а то учителя уже который день жалуются на то, что доска объявлений так далеко. Еще бы объяснить, что клей «Момент-плюс» не отклеивается так просто...
– А кто зайдет? – перебиваю я, понимая, что он не скоро закончит.
– Так твой классный руководитель, Атла...
ДЫЩ! БАБАБАБАБАХ! ТРАТАТАХ! ДЫДЫЩ!
Дверь с грохотом отворяется, крепости из бумаг падают, стулья с людьми откидываются, все синхронно поворачивают голову в одну сторону — в общем, я понимаю, что для людей этой академии подобные оказии в порядке вещей. Хотел было ринуться на помощь, как в дверях появляется знакомое лицо. Там стоит Атлахт Церизи собственной персоной.
– Церизи! Держите себя в руках! – гневно кричит дяденька.
– Сообщите это моему брату, секретарь Злоготин! – сверкая от злости глазами, произносит Атлахт, – я не буду терпеть это!
Только в этот момент я замечаю, что у Атлахта длинные волосы. Когда он успел их отрастить?
– Вы — братья, а не соперники! Попытайтесь понять друг друга!
– Черта с два! Значит, ему премию, а мне нет? Так, значит?
– Весь преподавательский состав согласился, что его достижения за месяц важнее, чем ваши. Согласитесь, «Влияние волн машины Дэуса на мозг» – действительно серьезная тема! И мы договорились, что премия одна! Верно, коллеги? – ищет поддержки у стоящих позади, испуганных учителей секретарь Злоготин.
– Я не согласен с вашим решением! Атлахт всего лишь жалкий...
– Что ты там говоришь про жалкого? – спрашивает тот же голос, и в комнату входит... Атлахт Церизи.
На время мне показалось, что в глазах двоится. Но со здоровьем у меня никогда особых проблем не было, да я вообще психически нормальный человек. Так что итогом есть только один вариант — у Атлахта есть брат-близнец.
– Родригес, что за ребяческие выходки, – начинает вошедший Церизи.
– Ребяческие? Ты явно меня недооцениваешь, – сказал... наглый Церизи.
– Мы живем в соседних комнатах, учителя по схожим предметам, у нас даже бюджет почти одинаковый! Какие проблемы?
– Большие! Из-за тебя я до сих пор одинок и холост! До сих пор нет девушки!
– Поэтому мы согласились участвовать в конкурсе за премию по отдельности, – раздраженно говорит Атлахт, – и ТЫ согласился!
– Да! Но кто мог подумать, что ТЫ получишь премию!
– Считаешь, что я этого недостоин?
– Считаю?! Я?! Да что ты. Кто тебе такое сказал?
– Ты меня достал!
– Это ты меня достал!
– Да я тебя...
– Коллеги, коллеги, – засуетился секретарь Злоготин, – помилуйте, тут же ученик...
Преобразование просто необыкновенное. Через секунду я смотрю на серьезных, интеллигентных и совершенно спокойных учителей, один из которых явно ответственен за меня. Оба одеты в костюмы, но они различаются цветом, покроем и стилем. Два брата явно пытаются подчеркнуть собственную независимость, что и выражалось в ребяческом поведении. Но учительские маски никто не отменял, а им они как-никак шли.