Было ли с ним весело?
Да.
Ооочень.
По совету секретаря я все-таки взглянул расписание. В отличие от предыдущей академии, уроки в Инзениуме могут идти весь день. Теория утром, после обеда практика.
По расписанию групп можно подумать, что академия Инзениум — это один большой муравейник. История гласит, что раньше здесь размещалась военная база, бункер, построенный для безопасности королевской семьи. Но после Оборотной революции бункер оказался ненужным, и его отдали под академию. На удивление, в коридорах редко кого можно встретить, и это ясно — все представляет собой сплошной лабиринт: множество белых и запутанных коридоров без окон. Выйдешь не в ту дверь – перед тобой вырастут еще три, и гадай, в какую тебе надо зайти. Поэтому неудивительно, что я опаздываю на все уроки, но, к счастью, не один. Все мои новые одноклассники опаздывали. Ведь мы – новички в академии.
Еще в первый день, заблудившись, я наткнулся на корпус технического отдела. В том, что академию охраняли, сомнений не было, а за камерами обычно следили ответственные за корпус. Везде стоят стеклянные или железные двери, которые автоматически открываются при сканировании наших отпечатков пальцев. Камеры стоят в столовой, главном зале, больших аудиториях, главном холле и гостиной каждого курса.
Во время побега из собственной академии я получил большое количество знаний. Например:
1) Надо знать, где находятся все камеры.
2) Надо знать механику их работы.
3) Надо научиться их обманывать.
Во время побега из собственного дома я получил еще большее количество знаний. Например:
1) Надо знать в лицо всех инспекторов твоего района.
2) Надо знать маршруты их патрулирований.
3) Надо знать их поведение во время побега таланта.
4) Надо научиться их обманывать.
В общем... мне было весело.
За неделю мы с Танакой пропустили только пять уроков. Пару раз проспали, еще пару раз не смогли найти кабинет, а на последний урок вовсе заблудились. В тот раз мы не то что кабинет – в комнату вернуться не смогли.
Полностью увидеть свой класс мне удается только через неделю. Знакомимся мы постепенно, группами и то, каждый раз удивляясь друг другу. Причина, наверное, в том, что мы вечно опаздывали на занятия и путали кабинеты. Пойдешь на один урок с одними людьми – а на втором ты уже с другими. И не поймешь, куда делись старые одноклассники и откуда взялись эти новые. Каждый день приходилось знакомиться с кем-то еще. Вот геморрой-то...
Встреча с презентабельными людьми, чьи имена отложатся в моей памяти, происходит на следующий день после нашего первого урока и такого приятного предмета, как география. Наш учитель довольно стар, многие его движения сопровождаются особой медлительностью. На стене висят часы – единственный источник времени для него.
Скучный урок? Что вы. Люблю бессвязное бормотание. Это наталкивает на мысли о том, что твоя дикция не так уж и плоха.
Тут-то я и постигаю истинную натуру людей, с которыми стал вместе учиться. Пользуясь заминкой учителя, один из парней встает с места, аккуратно передвигает стрелки часов и так же тихо садится за парту.
Похоже, я не один готов рукоплескать ему стоя. Но воспитание не позволяет. Хитрые улыбки становятся наградой этому парню на уроке.
Позже мы узнаем имя этого храбреца. Собравшись кучкой, мы наконец-то выясняем, кто же все-таки учится в этом классе. Хитрый, но храбрый парень назвался Шамилем. Приехал с Рамила, городка недалеко от столицы. Оказался чрезвычайно приятным малым с прямолинейной натурой. Дескать, сделал то, что должен был. Человек-мораль, как я назвал его.
Были еще имена и лица. Много. Еще бы запомнить их. Дир – выходец с севера, Дриод – малоразговорчивый парень, Рав – веселый южанин, и лица, лица, лица.
Есть и девушки, Лазия и Мила, но зачастую я путаю их имена. Иногда и напрочь забываю, а они бесятся. Да ну их.
Я человек не конфликтный, но и не разговорчивый. Еще с людьми разговаривать, энергию свою тратить…
Лучше тратить энергию на то, что тебе нужно. И может помочь в будущем.
Поэтому сначала я разбираю карту академии Инзениум. Узнать, сколько здесь этажей, невозможно. Но примерный план накидать тоже можно.
Академия имеет вид огромной лестницы. И на каждой «ступеньке» находится определенный корпус.