– Ммм… Близко, но все же нет, – отвечает Атлахт. – Все же не буду вас мучить и покажу, что это.
С этими словами Церизи открывает коробку и достает из нее хрустальный шар, наполненный голубым туманом. Со стороны девушек вырвался синхронный вздох.
– Красивый… – протянула одна из учениц.
– Конечно. Талант некрасивым не бывает.
Талант?
Догадка казалась кощунственной и невообразимой. Хранить таланты – удел черных дельцов. В Намре это каралось смертной казнью. Преступление, за которое платят жизнью и сейчас…
– Талант?! – Рав озвучил общую мысль. Шокированные физиономии были у всех.
– Именно. И успокойтесь, – говорит учитель, – я взял его из наших архивов. Государство запечатало его несколько лет назад.
Это звучало разумно, если мы бы знали, что значит «запечатало».
– Как это запечатали? – все так же озвучивал наши вопросы Рав.
– То есть этот талант невозможно использовать. Смотрите, – он поднимает его повыше, и мы замечаем серебряную линию, окружившую шарик, словно экватор Землю. – Его нельзя открыть. Мы используем его, как учебный материал.
– Но зачем? Просто, чтобы поглядеть? А как же человек с этим талантом, он… – начала Лазия.
– Умер, моя дорогая, – отвечает Церизи. – Это как раз и относится к теме нашего урока. Если из человека выкачивают талант с помощью машины Дэуса, он умирает.
Информация была… что говорить, не очень-то и шокирующей. В нашем районе каждую неделю проходили похороны найденных талантов… бывших талантов.
– Конечно, это не совсем относится ко всем людям, – сообщил Атлахт. – Люди останутся живы, если их способности развиты самостоятельно, а не врожденные.
Печально, что для нас всех кража таланта означает смерть.
– Но по истории известно, что третий тип не поддается машине Дэуса. И талант третьего типа украсть невозможно. Это известно из записей дневника Дироганова, когда его схватили инквизиторы.
– Во время Оборотной революции?
– Ага, – кивнул Церизи. – Ведь именно тогда создали машину Дэуса и началась охота на талантов. До этого мы жили, как все.
«Как все» звучит прискорбно. А как мы живем сейчас?
– А есть какие-нибудь способы узнать, являемся ли мы третьим типом или нет?
Атлахт задумался.
– Пока вы не постигнете машину Дэуса, об этом узнать нельзя. Но есть один способ, которым пользовались древние, чтобы узнать, кто из них достоин жить дальше. Этот способ сейчас называют инициацией. Это обряд для молодых людей, фактически испытание, чтобы стать настоящим мужчиной. Среди них была очень высокая смертность. Не все выживали. Но тех, кто проходил его, вполне можно было назвать талантами третьего типа. Их было мало, крайне мало.
– А потом этим способом не пользовались?
– Нет, это было в античности. В некоторых племенах он, вероятно, сохранился, но в средневековье люди стали бояться талантов, поэтому была создана инквизиция. Таких людей обвиняли в колдовстве и сжигали на кострах. Таланты стали прятаться. Наука о врожденных способностях возобновилась только в эпоху просвещения.
– Но все же… А что с третьим типом?
– Ученый Целир Адосский изучал людей со способностями и талантами и дал точную терминологию. Еще именно он разделил таланты на типы и дал им характеристику. Поэтому судить о третьем типе до этого времени было сложно. Люди знали только, что таланты третьего типа обладали большой силой, могли менять ход истории и обладали способностями, о которых мы можем даже и не знать. Поэтому третий тип вычисляют по заслугам человека, обычно уже после его смерти.
А надежда умирает последней.
– Теперь конкретно насчет кражи талантов, – Атлахт решает дать полное описание этого процесса. – Жертву привязывают веревками так, чтобы тело практически обездвижилось. В руку кладут машину Дэуса и начинают высасывание таланта из тела. Сопротивляться невозможно. Процесс необратим. Легче всего, когда талант обездвижен и без сознания. Поэтому всегда опасайтесь людей, нападающих сзади. Будьте бдительны.
Атлахт ставит шар на учительский стол, но тот не хочет стоять и скатывается. Учитель ловит его до падения на пол.
– А как вы переносите талант из машины Дэуса в шар? – задает вопрос Дир с задней парты.
– Мы не переносим. Шарик находится в машине, – с этими словами Атлахт берет разноцветный кубик из другой коробки. Несколько нажатий и одна стенка куба открылась, представив свободное пространство внутри. Легким движением шарик упал в кубик, и Атлахт закрывает машину. Кубик стал цельным.
В классе тишина.
– А как внедрять талант в тело? – решаюсь спросить я. Внутри кубика клубится едва заметный синий туман, и такое неосязаемое нечто сложно представить в чьем-то теле.