– Нисколько, – качает головой Родригес. – Я уже давно перестал тебе помогать.
– Но все равно… Ты…
– У меня тоже есть жизнь. Тебя это удивляет?
Атлахт молчит. Сколько всего непонятного и загадочного… Что же тут происходит?
– Я ухожу. Расценивайте это как побег. Извини, – ставит точку Родригес, – тотемы нам больше не нужны. Чем быстрее мы от них избавимся, тем быстрее это закончится.
– Для кого?
– Для меня, – прямо заявляет Родригес.
Братья тяжело вздыхают, Атлахт встает с кровати. Я подхожу к окну и раскрываю его. С тех пор, как я стал работать черным дельцом, многое мне стало непонятным. Родригес хватает обоих воронов за ножки. Те пытаются вырваться, но Церизи еще сильнее затягивает веревки. Атлахт берет нож с табуретки и приближается к нам. Они долго стоят над своими тотемами, а я просто думаю. Тяжело им будет уничтожать тех, кто так долго поддерживал их плечо? Оказалось, правда.
– Ахилл, дай пистолет.
Тяжело. Я лезу в карман за маленьким оружием со снотворным в пулях. Не можете смотреть в глаза? Я вспомнил вчерашнего парня, Форола Гарпини. Он умер быстро. Но я глаз не отвел, хоть тот смотрел на меня. Я понимаю, что делаю.
Два бесшумных выстрела – и маленькие черные глазки воронов закрываются. Атлахт перехватывает нож поудобнее и заносит над тельцем. Тут моя храбрость отходит на второй план. Я отвожу глаза. Но до этого успеваю увидеть, как по столу скатилась кровь. Что хорошо в машине Дэуса – она забирает талант быстро. Словно я даю человеку снотворное, после которого он засыпает. Красивая смерть. Без крови, ран и порезов.
Я отворачиваюсь к стене и смотрю туда. Слышится еще один замах ножа и неприятный звук. С меня достаточно. Я снова смотрю на силуэты возле стола и понимаю, насколько эмоции стали застилать их разум. Они стоят ко мне спиной, но на какое-то мгновение я захотел взглянуть в их глаза. Что в них сейчас отражается? Где ваша хваленая храбрость, которой вы так гордились?
И это все происходит на моих глазах. Вы могли дать мне шанс уйти и не заставлять смотреть на это.
В любом случае, люди наверху могут об этом узнать.
Атлахт резко разворачивается и подходит ко мне с ножом в руке.
– Никто в этой комнате об этом не скажет.
– Ты так в этом уверен? – спрашиваю я, стараясь не смотреть на нож, с которого падают капельки крови.
– Есть тут хоть один человек, которому ты можешь доверять?! – неожиданно разозлился Атлахт. – Мы верим тебе. Будь также вежлив, поверь нам и держи язык за зубами.
Так омерзительно смотреть, как кровь капает со стола. Какое счастье, что убирать не мне.
Если бы я был чуточку умнее… Если бы я хоть раз задумался о том, что меня ждет в будущем, возможно, я бы не пошел по этому пути. Возможно, судьба через подобные уроки хочет чему-то меня научить. И пока я это не осознаю, придется делать и делать ошибки до самой смерти. Но если это моя судьба и я действительно должен что-то понять, то я приму.
И стану сильнее.
14 глава. Шаг вниз и чужая жена
– Тебя не видно на лекциях, – сообщает нежный голос.
Дело происходит в столовой академии Инзениум, и я одиноко сижу за столом в полупустом обеденном зале. Шаргера садится напротив меня со своим подносом еды.
– Тебя это волнует? – как бы напоминая, что это она все время не замечала меня.
– Я не стерва, – заявляет она. – У меня есть душа.
– А что означало твое поведение до этого момента? – издевательски спрашиваю я. – Отголосок гнилой души?
– Последствия нормального разума, – парирует Шаргера, а затем поясняет: – наши группы враждуют.
– Чувствуешь себя Джульеттой? – не отстаю я. – Тогда ты слишком высокого мнения о себе и обо мне.
– Почему о тебе?
– Ромео здесь нет.
Эта ситуация напоминает сценарий дешевого авантюрно-романтического сериала, который портит донельзя саркастичный отвратительный и хладнокровный герой как я. Неа, не будет у сериала рейтингов.
– Дело не об этом. Я волнуюсь за тебя, – говорит Шаргера.
– И что дало тебе повод волноваться за меня? Даже нет, какое право у тебя есть делать это?
– Мы друзья, – холодно сообщает девушка.
– Звучало бы очень мило, если бы это было правдой, – о да, я источал сарказм.
– Это правда, – начинает злиться Шаргера.
– Как любят люди заблуждаться.
Я вижу, как ее кулаки угрожающе сжались, ногти впились в ладонь. Наверное, больно.
– Я в себе уверена.
– Психически больные тоже так говорят. Ты в палате номер шесть, случайно, не сидела?
– Представляешь, нет! Даже не в психбольнице.