- Ты отняла у меня лакомый кусочек, Зейна, - тихо произнес он на демоническом.
Его голос был почти рычанием, в котором проскальзывала тяжелая злая хрипотца.
- Ох, да ладно тебе. Не первый раз и не последний.
- Мне теперь пять лет здесь торчать, и ритуал продления этого времени довольно неприятный. Мой призыватель каждый раз убивает меня.
- Ну, что ж теперь делать. Мы демоны, смирись, - и я снова спокойно потянулась за новым кусочком мяса.
И этим выбесила его окончательно.
- Сейчас я напомню тебе, каково это - умирать!
Он зло зарычал и резким ударом отшвырнул меня в сторону основной массы людей, где сейчас находился и император. Меня прокатило по мраморному полу, и я поняла, что голова после такого мощного удара у меня гудит и раскалывается. Ну не боец я! Не боец! Я после такого мощного удара не могла даже сориентироваться в пространстве, не говоря уже о том, чтобы встать и уж тем более составить ему хоть какую-нибудь конкуренцию.
В зале повисла тишина. Никто из присутствующих не понимал, что произошло. Азиш же в этой тишине в два быстрых прыжка на своих четырех преодолел расстояние до меня и уже должен был обрушиться на меня всей своей тушей, как прямо передо мной встала нога Яна. Он просто спокойно встал на пути демона, и тот, не имея возможности изменить траекторию уже начатого прыжка, налетел на невидимую стену и грузно распластался перед ним на полу, дезориентированный, как и я. В его случае сработал запрет договора, ведь он чуть было не причинил вред человеку.
Тонг, его призыватель, крикнул приказ своему демону:
- Сгинь!
Неприятное слово, которое порой вписывают в договор. Оно немедленно убивает демона и временно отправляет его в лимб. А потом Тонг бухнулся рядом с императором на колени и залепетал:
- Клянусь, в его договоре запрет вредить людям. Он не мог поднять руку на девушку! Я клянусь!
- Конечно не мог, - согласился император и на его лице мелькнула удовлетворенная улыбка - Поднимись. Я тебе верю.
Ян тем временем повернулся ко мне и опустился на корточки, провел мне тыльной стороной ладони по щеке:
- Как ты? Сильно приложило?
- Ничего… вроде, - так же тихо ответила ему я и потрогала все ещё гудящую голову. - Зачем рисковал? Я же не могу умереть.
- Какая разница? Боль есть боль. Не желаю, чтобы ты когда-либо ее ощущала.
Ох как он резанул по самой болезненной ране на моей душе. Такими приятными словами, что я готова была разрыдаться. Мда, своего прошлого призывателя Ранкира я ещё долго буду вспоминать недобрым словом, пусть даже уже давно выпустила весь пар, с удовольствием разрывая его душу на кусочки в лимбе.
Тем временем император продолжал говорить с ничего не понимающим Тонгом.
- Твой демон и впрямь не мог причинить вреда человеку. Все дело в том, что она не человек, - он повысил голос, чтобы его было слышно. - Янус, покажи ему!
Ян не был доволен. Но тем не менее, он посмотрел мне в глаза и спросил:
- Сможешь сменить облик? Если нет, ничего страшного. Я скажу, что тебе слишком сильно досталось.
Ну уж нет. Демон я или кто?
Вместо ответа я выпрямилась и посмотрела в глаза Тонгу. А потом по мне пробежал серый туман, меняя цвет моей кожи и очертания. На моих рогах красовались золотые браслеты - по два на каждом роге с натянутой между ними тонкой сетью цепочек. На моём хвосте тоже было два браслета с узорчатой облегающей сеточкой между ними, но из-под платья торчал лишь кончик, этой красоты видно не было. Но даже так я выглядела очень и очень богато и презентабельно.
Ян поднялся и выпрямился рядом со мной, а я уставилась изумленному Тонгу в глаза и большим пальцем соблазнительно неторопливо провела по своему мягкому влажному язычку, одним лишь взглядом обещая ему райское наслаждение. Потом, впрочем, сразу опустилась на мраморный пол около ноги Яна, обняла ее и всем телом прильнула к ней. Хорошая девочка суккуба знает свое место.
Император на это лишь хмыкнул. Во все ещё висящей тишине его даже негромкие слова были отлично слышны:
- Ты смотри, что творит… Тонг, как видите, мы тоже не так уж отстаем в области призывов.
Он просто продолжил разговор, будто так и надо. Все в помещении наконец-то выдохнули, а я мысленно зааплодировала ему. Он ведь ещё и сумел на этом сыграть, чтобы подчеркнуть, что и его империя не отсталая, набить себе цену. Ай молодец.
Но самое интересное, что взгляды всей мужской части населения сейчас находились совсем не у императора. Они все скрестились на мне. Особенно пристально смотрели те, кто уже успел со мной познакомиться. Они все хотели меня, и сильно, ведь сильнее всего мы хотим то, что не можем получить.