Дорога назад отняла меньше времени. Когда они проходили мимо строящейся церкви, Аврора сдвинула брови и в чувствах сказала:
– Пусть и Квинту, когда придет новое, достанется то, что досталось и нашим многовековым храмам, произведениям искусства и воплощения могущества!
– А что им досталось? – удивилась странница.
– Их разрушили! Беспощадно и неумолимо. Совсем не по-христиански, как заповедует новая религия. В Риме еще старые храмы не так сильно подвергли разрушению, некоторые оставили, запретив ритуалы… а вот в отдаленных деревнях, как отец рассказывал, целые толпы фанатиков-монахов не только с инженерными орудиями, но и с самыми, что ни на есть, головоломающими – дубинками и вилами, приходили и избивали каждого, кто просил их остановиться! Огромные монументы с прочными колоннами, которые не поддавались разрушению, подрывали в фундаменте!
– Новое часто сопровождается разрушением старого, – задумчиво отметила про себя Лаура, точно обмозговывая какую-то доселе незнакомую мысль.
Они дошли до постоялого двора, когда воздух перед ними взвился мелкими пылинками и подхваченный невидимой рукой устремился прочь в северном направлении.
– Все-таки, – Лаура внимательно осмотрела подругу, – будь осторожней с мыслями. А тем более, со словами. Особенно когда не знаешь, какое порождение они призовут…
– Ты иногда так загадочно говоришь, подруга! – рассмеялась Аврора, распахивая дверь стабулы. – Эй, хозяин, самую лучшую комнату нам и самое лучшее угощение! И без промедления!
Сутулый хозяин таверны, косматый мужчина лет пятидесяти, с желваками на скулах, торопливо выбежал из комнаты, очищая руки о подол туники.
– Сию минуту, прекрасные госпожи! Только самое лучшее в нашем заведении! Прошу, проходите! Хнисс, паршивец, где ты там бегаешь? – закричал он в сторону. – Неужели не слышно, что у нас видные гости?!
Выбежал тощий белобрысый мальчонка, поклонился и с кельтским диалектом пробормотал, извиняясь:
– Я только как раз прибирал комнаты. Все готово как раз. Проходите. Извините.
Поужинав как следует, Аврора с удовольствием расположилась на просторной кровати, обнимая мягкую подушку.
– Это то, о чем я так долго мечтала! Завтра утром схожу еще в термы, приведу себя в порядок. В таком виде перед Квинтом не покажусь! Признаться, и сама не знаю, чего хочу больше: расцеловать его или сбросить со скалы!
– Как необычно. Мне такие переживания не знакомы. А вид, убранство? Жители нашего племени говорят: если тебе достался приличный кусок одежды, покрывающий места различия мужчин и женщин, – то обо всем остальном не беспокойся.
– Ну и дикие нравы! – ужаснулась Аврора. – Кстати, откуда вы доставали одежду?
– Не знаю. Это дела вождя племени с главным шаманом, Мораном.
– Вот что необычно, а не мои чувства! Когда-то наступит час, когда я разгадаю твою загадку.
– А я – твою! – усмехнулась Лаура, глаза ее радостно блестели. – Давай отдыхать, спокойной ночи!
И, дождавшись ответного жеста, Лаура отвернулась к стенке и заснула.
Ночью ей снилось новое, неизвестное небо, звезды, мерцавшие среди пухового одеяла облаков, тянущихся над утомленной землей. Она словно парила над призрачным миром. А далеко-далеко внизу, под ее крыльями, тень от которых покрыла города, из всех червоточин, разбрасывая грунт, выползали ее сородичи. Она им кричала "смелее", подбадривала их, смеялась своей свободе, пела: "здесь места хватит всем, довольно с нас теснин!" И они, ободренные ее отвагой, заполняли землю, радостные и счастливые.
Проснулась Лаура довольно поздно, как для себя: солнечные лучи сквозь приоткрытое окно заполнили всю комнату. Кроме нее, никого не было. Одевшись наспех, подпоясавшись, она выглянула за дверь.
– Эй, хозяин?
Никто не отозвался, и через минуту Лаура повторила окрик. Наконец, на ступеньках, ведущих на этажи выше, раздался короткий и быстрый топот. Прибежал вчерашний мальчишка.
– Да, госпожа! Я тут. Не говорите только хозяину, что я явился с запозданием, умоляю вас, а то он меня опять высечет! – мальчонка всхлипнул, потирая спину.
– Тебя секут здесь? – удивилась девушка.
– Еще как! Бывает, на спине потом неделю не могу спать, —
мальчишечья слеза скатилась у него по щеке.
– А хозяин – твой отец?
– Нет, вы что! Слава Юпитеру, нет!
– Из твоего рода? – допытывалась Лаура.