***
Заходя в собственную квартиру, Датч чувствует ностальгию и неловкость. Оборачивается на Куинлана, будто бы ища поддержки в его невозмутимом лице. Он кивает, как бы подбадривая её. Она невольно улыбается краешками губ. Ей почему-то начинает казаться, что он стал... человечнее? - Никки? - посмелев, зовёт Датч. - Я пришла. Знакомые стены отзываются тишиной, но не мягкой, а напряжённой. Велдерс остро ощущает искусственность, неестественность. - Она здесь, - тихо говорит за спиной Куинлан. - Да. Я знаю. Она меня ждёт. - Иди. Датч опять оборачивается. В её глазах дампир читает удивление. - Ты... вот так отпустишь меня? - Велдерс подозрительно щурит глаза. - Без инструктажа? - Он не нужен тебе. Я гораздо сильнее любого из прихвостней Хозяина. Ты можешь противостоять мне семь минут, значит, они не вызовут у тебя проблем. - Правда, что ли? - Датч хочет, но не имеет возможности скрыть широкую, довольную улыбку и яркий блеск в глазах. - Ты же мне поддавался. - Не слишком сильно, - Куинлан едва заметно улыбается, а Датч смущённо опускает глаза. - Я пошла, - зачем-то говорит она и отворачивается. Боится вновь посмотреть на него. Боится того, что он для неё стал... ближе всех? Датч отчаянно мотает головой, стараясь избавиться от ненужных мыслей. К Ники она должна пойти равнодушной, иначе ничего не получится. Она не сможет... поднять меч и отрубить ей голову. Просто потому что ещё любит. И эта любовь всё ещё причиняет ей боль. А ещё Велдерс знает, что со смертью Никки в душе, наконец, наступят равновесие и покой. Пожалуй, только ради этого стоит потянуться к дверной ручке, надавить на неё, чтобы она податливо пошла вниз, и дёрнуть на себя. Датч сглатывает от предвкушения и переживаний. Делает так, как вообразила и видит её... Тонкий, уже не человеческий силуэт стригоя в одежде Никки. Он неумело, по-обезьяньи оборачивается на едва слышимый скрип двери. Оскаливает неровные, но острые зубы, чуть сгибает ноги в коленях, чтобы быстрее и манёвреннее передвигаться. - Вот ты где, - флегматично говорит Датч и сама же пугается собственного равнодушия. Отстранённо подходит, словно бы точно уверенная, что Никки не причинит ей вреда. Поднимает катану, ухмыляется: - Ты всегда так на меня смотришь, - разъярённо шипит сквозь зубы Датч. - Всегда! Словно бы я ничтожество, а ты королева! Проклятая королева! Сдохни уже! Последние слова Велдерс орёт. С силой замахивается, но Ники успевает пригнуться, и лезвие меча лишь слегка задевает лысую макушку. - Тварь! - ругается Датч, перестраиваясь и ставя катану перед собой. - Сколько бы не уворачивалась, я всё равно достану. Никки делает два быстрых шага вперёд, широко и гротескно разевает рот. Датч видит быстрые шевеления жала и на инстинкте, пробуждённом в ней Куинланом, рубит. Сначала вылетевшее изо рта жало, потом неистово визжащую голову. - Вот и всё, - бледнея, произносит Велдерс. - Я свободна. - Пошли отсюда, - тихо говорит Куинлан, заслонивший собой единственный дверной проход. - Да, пошли.
***
- Знаешь, - Датч замахивается, ловко и неожиданно уходит из-под меча Куинлана и приставляет свой к его горлу. - Я рада, что мы встретились. Дампир изумлённо моргает. - Я не смогла бы без тебя... - уже тише говорит Велдерс. - Ты помог мне, обучил меня. Спасибо. - Ты тоже мне помогла, - вдруг отвечает Куинлан. - Да? - на лице Датч возникают признаки любопытства. - А чем? - Я кое-что понял. - О, спасибо за объяснение. Я поняла всё, что ты хотел сказать. - Я думал, что не способен больше... чувствовать, - Велдерс изумлённо расширяет глаза, неловко опускает катану. - Благодаря тебе я понял, что способен. - Правда? - губы Датч складываются в улыбку, но дрожащую, едва ли не испуганную. - Да. - Ну... это здорово, да? - Да, - дампир замолкает, но ненадолго, поднимает молочно-серые глаза на напарницу. - У меня будет к тебе просьба. - Да, - Велдерс легкомысленно пожимает плечами, намекая на то, что он может говорить дальше. - Я хочу, чтобы ты научила меня ещё кое-чему. Датч бледнеет, отступает на шаг назад. - Я что-то не так сказал? - Куинлан чувствует её замешательство и хмурится. - Да нет, что ты. Просто ты сейчас выглядишь, как... маньяк... А так ничего... - Я хотел, чтобы ты научила меня шутить, - после нескольких секунд раздумий, всё-таки говорит дампир. Датч перестаёт дышать, щурится, словно не верит его словам, а потом громко и неистово начинает смеяться. Хватается за живот, ощущая неприятный спазм, но остановится не может. - Я думаю, первый шаг ты уже сделал, - выдавливает она из себя сквозь смех, и Куинлан мрачнеет, видя, как по её щекам начинают течь слёзы. - Ты плачешь? - Да, но это потому, что ты меня насмешил. Дампир некоторое время стоит, не имея возможности понять, что такого смешного сказал, но потом чуть ухмыляется и думает, что, раз она смеётся, то он действительно делает успехи.