— О, Мартин! — В глазах Сильвии блеснули слезы. — Ты же знаешь, что я любила тебя! И мне было совсем не важно…
— Не важно?! — взорвался Мартин. — Если бы это было не важно, ты согласилась бы жить со мной, несмотря ни на что! Но я понимал, что для тебя отказ от богатства и славы подобен смерти! Однако посмотри на меня: оставшись со мной, ты бы не потеряла ничего, а только приобрела.
— Но я была бы не актрисой, а лишь твоей… женой.
— Нет, ты была бы счастлива и сделала бы счастливым меня, — неожиданно мягко и тихо произнес Мартин, наклоняясь к ней. — Но пусть все будет так, как есть, — резко добавил он и отстранился.
Сильвия хотела уже согласиться с предъявленными ей обвинениями, понимая, что этого упрямца проще оставить при его мнении, чем переубедить, но, вспомнив о Марте, воспрянула духом.
— Нет, Мартин. Ты можешь думать обо мне все, что тебе заблагорассудится, я не стану больше оправдываться. Однако ты не можешь теперь снова исчезнуть из моей жизни… и из жизни нашей дочери!
— Нашей дочери? — повторил мужчина, непонимающе глядя на Сильвию. — Ты в своем уме?
— Возможно, я и не в своем уме, но наша дочь, Марта, родилась ровно через девять месяцев после нашей первой ночи. И она настолько похожа на тебя, что я при всем желании не могла ни на день, ни на час забыть о тебе. К тому же она столь же упряма и твердолоба, одержима и своенравна, как ее отец!
Сильвия раскраснелась, в запале стукнув ладонью по столу. Столовые приборы зазвенели, сидящие за соседними столиками обернулись.
— Так девочка, которая была с тобой сегодня… моя дочь? — Казалось, Мартин никак не может поверить в услышанное. — Но, Сильвия, почему же ты тогда уехала, я не понимаю… Ты тем более должна была вернуться ко мне. Почему ты так поступила?
— Я думала, что если ты не ищешь меня, то я не нужна тебе. Что уж говорить о ребенке… Прости меня, Мартин! Я была так глупа! Прости, если можешь… — И Сильвия расплакалась, закрыв лицо руками.
Мартин растерялся, оглядываясь по сторонам и глупо улыбаясь заинтересовавшейся происходящим ресторанной публике.
— Давай выйдем отсюда, — предложил он, помогая Сильвии подняться и придерживая ее за локоть.
Они вышли на улицу. Было довольно тепло. Безветренная летняя ночь опустилась на город, и в ее безмятежной тишине все страсти, выяснения отношений, взаимные упреки показались им незначительными и мелочными…
— Я представляла тебя другим, — призналась Сильвия, кутаясь в прозрачный шарф и нервно вздыхая.
Мартин взял ее под руку, и они пошли по улице.
— Я тоже не думал, что, когда увижу тебя, буду вновь очарован твоей красотой.
— О, пожалуйста, не говори так! — взмолилась Сильвия. — Я ведь прекрасно понимаю, что не помолодела за это время. А вот ты возмужал. В тебе появилась какая-то львиная грация… Ты нашел себя в жизни? Расскажи, у тебя есть семья?
— Ты не поверишь, но я по-прежнему одинок. Многие женщины были бы рады занять место рядом со мной, но я не ставил себе цели жениться. Все силы я отдал учебе, а затем карьере музыканта и композитора. Много времени ушло на подбор оркестра и организацию гастролей…
— Но ведь ты не случайно оказался в этом городе? — Сильвия робко улыбнулась.
— Признаюсь, это и было моей основной целью. Все, что я сделал в жизни, чего добился, — было ради этого дня. Ради того, чтобы я смог услышать, что ты все еще меня любишь.
Он остановился и, взяв Сильвию за плечи, развернул к себе лицом. Несколько секунд оба стояли молча, жадно глядя друг на друга и боясь пошелохнуться, чтобы не нарушить очарование момента.
— Я люблю тебя, Мартин. Я всегда любила тебя и буду любить, даже если мы опять расстанемся.
— Я никогда больше не расстанусь с тобой, слышишь? Даже если ты снова сбежишь и спрячешься, я разыщу тебя, чтобы повторить: я тебя люблю!
Они обнялись, и страстный долгий поцелуй вновь сказал за них то, что они еще не успели сказать друг другу.
— А сейчас я хочу видеть мою дочь! — воскликнул Мартин, отрываясь от Сильвии и отводя взгляд, чтобы скрыть волнение. — Поедем к тебе! Немедленно!
Он схватил спутницу за руку и потащил к стоящему на стоянке «кадиллаку» с шофером.
— Мартин, постой! Уже поздно, девочка давно спит. Давай отложим это на завтра! — попыталась остановить его Сильвия.