– Мне нужно согреться, принять пару таблеток ибупрофена, и я буду в полном порядке, – Дэв попыталась произнести это беззаботно. Но ее голос дрожал.
Лесли сомневалась, что это хоть чуточку поможет, но ничего не сказала. Она принесла для Дэв стул, стараясь хоть что-то сделать. Эйлин разливала кофе в большие белые кружки и обсуждала с Натали последствия шторма.
– Не опирайся на больную ногу так сильно, – Лесли взяла кружки с кофе и отнесла их к столу, за которым сидела Дэв. – Вот, держи.
– Спасибо, – тихо сказала Дэв, делая глоток ароматного напитка. – Ты почти не спала два дня. С тобой точно все в порядке?
Лесли сначала хотела уверить Дэв в том, что замечательно себя чувствует. Но передумала и решила сказать правду:
– Отвратительно. Я чувствую себя просто отвратительно… Но это из-за того, что я вымокла, замерзла и чертовски голодна, – Лесли слабо улыбнулась. Конечно же, она опять не сказала самого главного: пребывание в постоянном возбуждении причиняло ей гораздо больше дискомфорта, чем дождь, холод и голод. Но больше всего ее пугало то, что она до сих пор не могла взять себя в руки. Казалось бы, во время чрезвычайной ситуации можно думать о чем угодно, только не о соблазнительном теле Дэв. Но думала оно именно об этом. И ее пыл не смогли охладить, ни дождь, ни пронизывающий ветер, ни Натали. Стоило ей только взглянуть на Дэв, как она оказывалась во власти воспоминаний и приятных ощущений от физической близости с ней на протяжении всей ночи. Лесли намеренно старалась не смотреть на губы Дэв, потому что это тут же вызывало ощущение бабочек внизу живота.
– День выдался не из легких, – Дэв видела, как голубые глаза Лесли темнеют и становятся цвета индиго. Она – невыспавшаяся и лохматая – все равно была безумно красивой.
– Не из легких? Это сильное преуменьшение! – Лесли хотела рассмеяться, но не стала этого делать, поскольку не хотела привлекать к ним внимание. Она понимала, что у них остается лишь пара минут уединения. – Вчера у меня был небольшой приступ. Но он был совсем коротким. Не думаю, что на это вообще следует обращать внимание. – Она бросила взгляд в сторону матери, чтобы убедиться, что та ее не слышит. – Врачи, которые проводили тесты, сказали, что лечения медикаментами должно быть достаточно.
– Это хорошо, – Дэв слегка сжала руку Лесли, но тут же отпустила. – Разве ты не должна завязать с кофе?
Взгляд Лесли стал ледяным:
– Не дави на меня, Дэвон.
Дэв тихо рассмеялась, и Лесли тоже, наконец, смогла улыбнуться.
– Этот шторм испортит все исследование, которое ты проводила на острове? – спросила Лесли, желая сменить тему разговора. Она знала, насколько важна для Дэв ее работа.
– Нет, я почти все успела сделать.
– Я рада.
– Угощайтесь, – Эйлин поставила перед ними тарелку с печеньем.
Натали взяла одно из них и села рядом с Дэв.
– Как ты?
– Уже получше, – ответила Дэв.
– Не стесняйтесь, берите все, что хотите, – сказала Эйлин. – А я проверю, как дела у Пола и присмотрю за постояльцами. Кстати! Чуть не забыла. Твоя подруга Рейчел звонила из Нью-Йорка. Она не могла дозвониться тебе на мобильный.
Лесли застыла на месте. Дэв тоже замерла. А на лице Натали появилось заинтересованное выражение.
– Хорошо. Спасибо, – сдавленным голосом произнесла Лесли.
– Я рассказала ей про шторм. Она, наверное, волнуется, так что тебе стоит ей позвонить.
– Мам, я позвоню, – напряженно ответила Лесли.
– Тебе дать ее номер? Она оставила и мобильный, и…
– У меня есть.
Эйлин секунду помедлила и, направляясь к выходу, сказала: – Будь осторожна, Натали.
– Обязательно. Спасибо, – Натали дождалась, пока Эйлин выйдет, и небрежно обронила. – Подружка?
Лесли смерила ее долгим оценивающим взглядом. Этот вопрос в обычной беседе показался бы безобидным, но Лесли понимала, что сейчас не тот случай.
– Что-то вроде, – она встала и, подойдя к раковине, вылила в нее свой кофе. Затем она обернулась и посмотрела на Дэв. – Ты сможешь добраться до своего домика?
– Я ее провожу, – сказала Натали. – Как только допьем кофе.
– Ладно. Ну все, пока. Увидимся. – Сквозь зубы проговорила Лесли. Она взяла свою куртку и вышла под дождь, оставив Натали наедине с Дэв. Стараясь не обращать внимания на ревность, от которой внутри все клокотало, она направилась к своему домику.
«Всего несколько дней, и весь этот кошмар останется позади», – уверила она себя.
Добравшись до своего коттеджа, Лесли первым же делом пошла в ванную. Включив горячую воду, она начала освобождаться от одежды. «От одежды Дэв, – с болью подумала она. – Ее майка. Ее джинсы. Ее руки. Ее поцелуи. Ее губы. Ее губы. Боже! Ее губы». Какие прекрасные ощущения они дарили, скользя вниз по ее животу. Закрыв глаза, Лесли оперлась о столик и засунула руку в джинсы. Внизу ее живота было очень жарко. И мокро. И до боли напряженно. С тихим стоном Лесли начала гладить центр этой боли. Но боль от этого становилась лишь пронзительнее. Желая дать выход своим желаниям, Лесли надавила сильнее и застонала от удовольствия. Ее ноги задрожали. Пришлось схватиться за столик свободной рукой. Лесли сделала последнее усилие, желая, чтобы это поскорее закончилось. Чтобы мучившее ее весь день возбуждение наконец ушло.