Вадим громко выматерился, но маска заглушила все звуки. Он снял шлем с очками и злобно уставился на мерзкий желтый цвет. Цвет позора. Позора и поражения. Мужчина сплюнул и повертел маску в руках, а когда поднял взгляд, его соперник уже вышел из здания и направлялся к штабу.
Алекс зашел в раздевалку и перебросил оружие подошедшему владельцу клуба, тот поймал, неверяще рассматривая новичка. За свою долгую деятельность мужик повидал всякого, но чтобы человек из тупика выбирался по отвесной стене, такое для него было в новинку.
— Так это… Ты там паркуром что ли каким-то занимаешься?
Алекс расстегнул застежку на костюме, вопросительно изогнул бровь:
— Ты о чем?
— Ну, из “тупичка идиота” еще никому не удавалось выйти с другой стороны, а тебе повезло…
— Да, можно сказать, я акробат со стажем, — ушел от ответа Алекс, повернувшись к двери — в комнату вломился Вадик.
Владелец клуба кашлянул и бочком-бочком ретировался из раздевалки, давая соперникам поговорить. Вадик молча поднял свой шлем и развернул его краской к Алексу, тот спокойно смотрел на грозно сопящего соперника.
— Ты попал мне прямо в лицо. Один выстрел, мать его, в лицо.
Алекс без эмоций уселся на лавку, ожидая продолжения истерики. Вадим скривился, словно целиком съел лимон.
— Ты попал, мужик… Как?! Как это вообще возможно?
Алекс пожал плечами и тяжело вздохнул:
— Что-то мне лень рассказывать, — он поднялся, — надеюсь, наш уговор в силе, и рядом с Лидой я тебя больше не увижу.
Алекс собрался пройти, но Вадим преградил ему дорогу. Пару мгновений они молча сверлили друг друга взглядом, пока страйкболист не протянул руку.
— Хороший бой.
Алекс пожал протянутую ладонь и, коротко кивнув, вышел из раздевалки.
Навстречу ему попались девушки. Танечка возбужденно гомонила, обсуждая его триумфальную победу, а Лида молчала и рассматривала мужчину, словно видела его впервые.
— Ну ты даешь! Я сначала подумала, что ты вообще — простите — клинический идиот. Шарахался там по полю как пьяный, даже я в тебя попала бы. А ты р-раз и забрался наверх. Да еще как! Как ниндзя. Влево-вправо.
Танечка покачалась из стороны в сторону, показывая, как Алекс двигался на экране, но тот, не обращая внимания на болтушку, смотрел на Лиду, которая в задумчивости жевала губу. Он подошел к девушке и еле слышно просипел:
— У тебя вода с собой есть? Я в этом костюме едва не зажарился, теперь пить чертовски хочется.
Лида покачала головой:
— Я ждала что-то вроде танца победителя, а ты про воду… Что же теперь… Раз Вадим проиграл, я теперь должна с тобой идти?
Из Алекса вырвался хриплый смешок:
— А ты хочешь? Да брось, чертенок! Ты думала, я тебя принуждать буду? Тебе придется самой сделать этот выбор. Са-мой.
— А как же “не трожь мое” и бла-бла-бла?
Алекс опустил голову, задумчиво почесал нос:
— А вот об этом мы поговорим, если ты сядешь ко мне в машину, — он поднял темный кошачий взгляд на Лиду. Алекс собрался еще что-то добавить, но сбоку донесся чей-то томный вздох — Танечка, сама того не желая, сняла напряжение.
— Простите, — смутилась та, когда Лида с Алексом удивленно уставились на нее, — у меня мужика давно не было. Приходится питаться чужими чувствами.
— А как же Ромка? — едко добавила Лида, — у вас вроде "любовь с первого взгляда"?
— Ну, Ли-ид, — сразу погрустнела подруга, — не начинай… Сама же знаешь, у нас скорее "секс с десятой кружки пива", а не вот это вот всё… Эх… Ладно, пойду я…
Она сконфуженно махнула Лиде и направилась к выходу. Алекс коротко усмехнулся, покачав головой, повернулся к Лиде:
— Я, пожалуй, тоже пойду. Подожду в машине пару минут и поеду. На этот раз с концами, так что решайся, Чертенок. Со мной или нет…
Он наклонился совсем близко, словно хотел доверить какую-то тайну, и, обхватив ее лицо шершавыми ладонями, впился в губы горячим поцелуем. И Лида окунулась в уже знакомый запах мужского пота и парфюма. В запах одуряющей страсти. Дыхание у нее перехватило, а рот сам собой распахнулся, впуская чужой язык. Руки потянулись к мужчине, но Алекс так же быстро отстранился. Он смотрел на нее голодным взглядом. Потемневшим, глубоким. Алекс медленно опустил руки и, облизнув губы, на мгновение прикрыл глаза, запечатывая этот момент в памяти.