— Иди сюда. Сейчас я сделаю тебе голливуд, — усмехнулась она, выпрямляя прядь за прядью.
Через полчаса мы обе стояли перед зеркалом. На мне было тёмно-синее, приталенное платье с тонкими бретелями и бархатной текстурой. Оно подчеркивало ключицы, ложбинку между грудью, талию и изгибы. Ничего лишнего — но именно это и цепляло.
— Ты настоящая женщина, — сказала Джейд, глядя на меня с одобрением. — И Ник этого не пропустит.
Я резко обернулась.
— Я… Я не ради него.
— Конечно. — Она подмигнула. — Просто так совпало.
На ней было нежно-персиковое платье с открытой спиной, струящееся, лёгкое. Она выглядела свежо, как летний вечер — с чуть блестящей кожей и тёплой улыбкой. Мы обе были красивые — но по-разному. Я — сдержанно, тёмно, почти загадочно. Она — мягко, лучисто.
— Такси приедет через три минуты, — сказала она, глянув на экран. — Поехали творить грехи.
Дорога заняла минут двадцать. Мы почти не говорили. Каждая — в себе. Мимо проносились огни, окна чужих домов, силуэты деревьев. Ночь опускалась над городом — мягкая, но с чем-то затаённым внутри.
Такси свернуло с трассы и поехало по узкой дороге, выложенной плиткой. Дальше — открылся вид.
Коттедж стоял на склоне холма. Огромный, с белыми фасадами, чёрной крышей, подсвеченными ступенями. По бокам — стеклянные стены, за которыми уже виднелись силуэты людей. Внизу — бассейн, сияющий голубым неоном, вокруг — толпа.
Музыка доносилась с террасы. Смешивались ритмы, голоса, смех. Это было совсем не похоже на обычную вечеринку. Это было как сцена из фильма: огни, танцы, тела. Люди в дизайнерской одежде, с коктейлями в руках, кто-то уже прыгал в воду, кто-то — целовался в тени у живой изгороди. Атмосфера была густой, как тёплый воздух после дождя.
— Вау, — прошептала Джейд, открывая дверь такси. Я тоже вышла.
Мы с Джейд прошли мимо огней и людей, словно сквозь дымку. Нас окутал запах алкоголя, духов, табака и влажной травы. Музыка была слишком громкой, ритм — в груди. Я когда-то обожала это. Энергия толпы, блеск огней, звон бокалов и шепот в темноте.
Когда-то — я была душой вечеринок. С девчонками — по клубам, по шумным квартирам, по громким летним ночам. Всегда в центре, но сдержанно. Один коктейль или бокал шампанского — и хватит. Я не теряла контроль. Никогда.
И при этом… всё ещё оставалась той самой.
Сейчас я чувствовала себя почти гостьей из прошлого. Та же музыка. Те же лица. А я — другая.
— Мари! — раздался знакомый голос.
Я обернулась и увидела Рори. Он был в светлой рубашке и джинсах, с немного взъерошенными волосами и удивлённой, но искренне радостной улыбкой.
— Привет! Не ожидал тебя здесь увидеть.
— Привет, — я улыбнулась. — Я сама от себя этого не ожидала.
— Ты… красивая, — выпалил он, покраснев. — Ну, то есть… очень.
— Спасибо, — я расмеялась.
Он поёрзал, поправляя воротник, явно смущён.
— Хочешь… пройтись? Тут есть веранда с видом на лес. Там тихо.
Я кивнула. Обернувшись нашла Джейд глазами и кивнула в сторону Рори. Та лишь одобрительно уоыбнулась. Она стояла рядом с девчонками, наверное знакома с ними по другому предмету в универе.
Мы обошли толпу, прошли мимо бассейна и оказались на деревянной террасе, где играла чуть приглушённая музыка, и вдалеке светились огни ночного склона.
— Ты как? — спросил Рори. — Ты выглядишь немного… потерянной.
Я снова усмехнулась.
— Это ты второй уже за день так говорит. Может, у меня на лбу что-то написано?
Он покачал головой.
— Просто… ты другая. Не как остальные. И я не говорю это, чтобы подкатить. Просто… видно.
Я молчала. В груди стало тепло. Приятно. Спокойно. Но этот покой длился недолго. Я почувствовала это.
Не звук. Не движение.
Просто… взгляд.
Я обернулась.
Он стоял у бассейна в компании двух парней и смотрел на меня. Тёмные волосы, черная рубашка, джинсы. Стоял с руками в карманах, чуть склонив голову, будто лениво слушал. Его лицо было в полутьме, но даже так я видела, как остр был его профиль. И главное — вокруг них было пусто. Люди обходили их стороной, будто они источали ток. Кто-то бросал взгляды — короткие, нервные. Никого не было ближе, чем на три метра.
Он будто сам себе был вечеринкой. Или буря, которую инстинкт велит не трогать. И взгляд — холодный, острый, непроницаемый. Этот человек остается для меня загадкой. Сегодня он добрый парень, который подсказывает дорогу, завтра он окажется одним из тех, к кому лучше не подходить.
Я затаила дыхание.
И всё внутри стало другим, когда я увидела, как к нему подошла Эмма.