Она поправила свой шарф — лёгкий, шёлковый, цвета жемчужного пепла. У неё всегда были вещи, которые как будто говорили тише неё, но при этом — отчётливее.
Мы вышли на улицу. Воздух был прохладным и влажным — осенний город дышал медленно, как будто пережёвывал все чужие разговоры и сплетни.
Я сделала пару шагов в сторону, потом обернулась.
— Спасибо, что встретилась, — сказала я. — Мне это... правда было нужно.
Она посмотрела на меня с лёгкой полуулыбкой. Но не ответила взаимностью. Просто кивнула.
— До связи.
Пауза.
И она ушла.
Ровная походка. Прямая спина. Ни одного взгляда назад.
Я осталась стоять перед входом в торговый центр, среди людей, шумов и запахов кофе с улицы. Внутри всё будто медленно пустело — как будто слова, которые я не произнесла, тянули меня вниз.
Не любовь. Не прощение. Даже не принятие. Просто: до связи.
Я вошла в квартиру, щелкнула выключателем, и мягкий свет прихожей разрезал сумерки. Сбросила пальто, скинула туфли и медленно направилась в ванную, прихватив с собой полотенце и наушники. Всё внутри ныло — не от усталости, а от переполненности ощущениями. Голова гудела от событий. Хотелось тишины.
Ванная наполнялась паром. Тёплая вода стекала по плечам, смывая напряжение. Я легла в ванну, откинулась назад, надев наушники. Мелодия из случайного плейлиста заполнила воздух. Что-то нежное, с мягким женским голосом и гитарным перебором. Всё, как я люблю.
Закрыв глаза, я позволила мыслям всплывать одна за другой, как пузырьки на поверхности воды.
Ноа.
Он был… другим. Спокойный, внимательный. С ним легко говорить. Без давления. Без этих проклятых искр, которые оставляют ожоги на коже. Я помню, как он посмотрел на меня у парка — не как охотник, а как человек, которому я действительно интересна. Его шутка про сестру, тепло, с которым он держал мою ладонь чуть дольше положенного — всё это оставило после себя приятное послевкусие. И я, как ни странно, согласилась на следующую встречу.
Но всё ли так просто?
Потому что как только я думаю, что могу быть нормальной… в памяти всплывает Доминик.
Гроза в человеческом обличье. Грубый, властный, непредсказуемый. И я всё ещё не понимаю, что держит меня возле него. Это не просто влечение. Не просто адреналин. Это нечто большее — как будто он держит часть меня, которую я сама в себе не знаю. Или боюсь признать.
Я сделала глубокий вдох, задержала дыхание, а потом снова выдохнула. Мама. Разговор. Торговый центр. Прямые слова о флешке. Её ровный голос, как лезвие ножа.
Она сказала, что всё в порядке, но я почувствовала — она мне не верит. Или верит, но не может быть на моей стороне. Может быть, она уже не способна.
Мои девчонки. Кто бы знал, как они спасают меня каждый день. Просто своим существованием. Эмма — несмотря на свои колкости, всё равно рядом. Джейд — как опора. И Софи… она единственная, кто знает. Кто увидел меня настоящую. И осталась.
Я провела рукой по воде. Пар медленно рассыпался по плитке.
Завтра новый день.
Завтра Ноа.
И только от меня зависит, какой будет эта встреча — новой возможностью… или ещё одним камнем в моём рюкзаке.
Я выбралась из ванны, завернулась в полотенце, прошлась по комнате босиком. Всё было спокойно. Ни сообщений, ни звонков. Даже отчим затих. Или затаился. Неважно. Я сделала себе чай. Устроилась у окна. И, глядя в темноту за стеклом, прошептала самой себе:
— Всё будет хорошо.
Глава 16. Свидание
— Привет, Сири, что делать, если засорилась раковина?
— В случае засора раковины вы можете…
— Стоп. Можешь не продолжать, — перебила я и отбросила телефон в сторону подушки.
Я уже всё пробовала. И кипяток, и соду, и танцы с кастрюлей. Вода не двигалась ни на миллиметр, будто назло застыла там навечно. Я смотрела на эту жалкую лужу, как на личного врага. Единственного, кто мешал мне умыться с комфортом. Да что уж там — просто почувствовать себя человеком с утра.
— Отлично. Минус тридцать долларов, а может, и все пятьдесят, — пробормотала я вслух, прикидывая, сколько стоит вызвать мастера. Я не богачка, и хотя уже начала работать, пока каждая копейка на счету.
Может, я чего-то не так делала? Да нет, вроде всё как в видео. Ну и ладно. Добила чайник до конца, поставила его обратно, встала, как будто в фильме про «женщин, которые терпели слишком долго».
— Всё, — сказала я, глядя в зеркало. — Сегодня свидание. Я заслуживаю нормального утра. Даже если у меня нет рабочей раковины.