Я чуть улыбнулась, открыв глаза. И в тот же момент замерла.
Там. Под фонарем в двадцати шагах, почти сливаясь с тенью, стоял Доминик. Не двигаясь. Не прячась. Скрестив руки. Он просто смотрел на нас. Словно всё видел. Словно всё знал.
Что-то внутри меня обрушилось, как карточный домик. Тепло от поцелуя мгновенно сменилось леденящим страхом. Я не двигалась — только смотрела. Каждая клетка тела сжалась, будто от предчувствия удара.
— Всё в порядке? — тихо спросил Ноа, заметив, как я изменилась в лице.
Он проследил за моим взглядом и увидел его.
— Кто это?
— Это… — голос застрял в горле. — Это…
Ноа, не получив ответа, сделал полшага вперёд, встав между мной и приближающимся Домиником. Его шаги были медленные, уверенные, будто он выходил не на улицу, а на ринг. Ни одного слова. Ни одной эмоции.
— Ноа, не нужно, он псих. Уходи. Пожалуйста.
На его виске запёкшаяся кровь, губа разбита, костяшки пальцев в свежих ссадинах. Он выглядел так, будто только что вышел из драки, но при этом двигался абсолютно спокойно, будто не чувствовал ни боли, ни усталости.
— Эй, парень, что за… — начал Ноа, но не успел договорить.
Удар. Быстрый, чистый. В скулу.
Тело Ноа резко дёрнулось вбок, он едва удержался на ногах, но не успел отреагировать — Ник уже врезал в живот, хлёстко, с выверенной точностью, как будто тренировался годами. Ноа согнулся, задыхаясь, а Ник поднял его за ворот рубашки и ещё раз ударил в лицо. Кровь брызнула на асфальт, а Ноа упал.
Он не моргнул, не поморщился, даже когда сжал кулак для первого удара. Бил хладнокровно, методично. Словно так и должно было быть.
— Нет! — закричала я. — Доминик, прекрати! Прекрати!
Голос сорвался, а в горле стоял ком. Один шаг. Второй. Слёзы сами покатились по щекам, горячие и обжигающие, но внутри уже не было боли — только ужас. И ненависть. К тому, кто шёл ко мне.
Я попятилась.
Он смотрел прямо в меня. Словно насквозь. Без намёка на прежние эмоции.
— Ты оказалась ещё дешевле, чем я думал, — сказал он тихо, почти беззвучно.
Я замерла. Слова вонзились глубже, чем любые удары. Он стоял передо мной секунду, две. Потом развернулся, не спеша, будто ничего не произошло. Уже почти уходя, задержался, обернулся вполоборота и бросил через плечо:
— На твоём месте я бы осторожно выбирал друзей.
И ушёл, растворяясь в темноте.
Без пафоса. Без гнева. Просто… ушёл.
А я так и осталась стоять. В дрожащем воздухе. С влажными глазами. С разбитым сердцем. С холодом внутри, которого не было даже в ту самую первую ночь в съёмной квартире.
Глава 17. Шепот за спиной
После всего, что случилось в выходные, неделя началась для меня с мрачных нот. Даже утренний свет казался серым, а горячий душ не приносил никакого облегчения. Я уже не ждала пробуждения с лёгким сердцем — как раньше, до всего этого. Ноа… он попросил пока держаться от него подальше. И хотя сказал «пока», в его взгляде ясно читалось — навсегда. Я не осуждала. Любой нормальный парень на его месте поступил бы так же. Особенно учитывая, что у него две работы, где внешний вид имеет значение. Синяки на его лице, оставленные Ником, вряд ли быстро пройдут. А его доход зависит от улыбки, внешности, презентабельности.
Я думала, что только утро будет пасмурным. Но университет умудрился переплюнуть это состояние. Всё началось, как обычно — я подошла к главному входу. Эмма и Софи уже стояли там. Я подошла, и они приветливо мне улыбнулись:
— Привет, как ты? — первой заговорила Софи, но что-то в её взгляде подсказало, что всё не так уж обычно.
— Всё нормально, а вы как?
— Замечательно, только... — Эмма медленно повернулась, окидывая взглядом проходящих мимо студентов. — Что за чёрт?
Я тоже обратила внимание: студенты как будто невзначай поглядывали в нашу сторону. Особенно парни. Их взгляды были мимолётными, но не случайными. Девочки вдалеке перешёптывались и кидали взгляды, словно хотели убедиться, действительно ли это я.
— Вам не кажется это странным? — спросила я, чуть нахмурившись.
— Да брось, — отмахнулась Софи. — Мало ли. Может, просто ты сегодня слишком красивая.
Эмма хмыкнула:
— Ну и пусть смотрят. Нам-то что?
Я пожала плечами, решив не зацикливаться. Наверное, просто мнительность. Мы зашли внутрь, и день потёк, как обычно. Почти. Первая пара началась с лёгкого замешательства: преподаватель — невысокий мужчина с седыми висками и голосом, как у диктора новостей, — начал с краткого обзора курса, но мои мысли то и дело ускользали. Я пыталась сосредоточиться, записывать за ним, но едва ловила себя на слове — взгляд сам по себе скользил к дверям, к окнам, к лицам однокурсников. В ушах ещё звенели шепоты и взгляды с улицы.