Пол дня я потратила на кухню и зону отдыха (тоесть гостинная). Когда дошла до комнаты, первым делом сменила постельное бельё, оставленное хозяйкой. Старое закинула в корзину для белья. Не думаю, что буду им пользоваться, но пусть пока полежит. Корзина почти заполнилась, ведь я кинула туда еще и плед, шторы и все полотенца, которые были в доме. Все что могла снять.
В комнате есть кровать, маленькая гардеробная — все мои вещи туда бы, конечно, не влезли, но здесь у меня всего ничего. В спешке захватила только то, что было под рукой. Есть миниатюрный столик с полками. Всё это — как набор для отшельника. На полу — ковёр. Надо придумать, чем его почистить. Кажется, в ванной под раковиной была щётка. Что ж, работы ещё много.
Уборку закончила ближе к полуночи. Два раза брала перерывы на кофе и булочки. Искала работу на сайтах — пока ничего.
Время уже за полночь. В животе слышно урчит. Как же я проголодалась. Поняла это когда уселась на диване. В руках телефон, и я произношу свое «привет Сири. Что приготовить на ужин быстро и просто».
Ужин получился скромным: сварила макароны, добавила масло и натерла сыр. Боже, как это было вкусно. Наверное, потому что это был и завтрак, и обед, и ужин в одной тарелке. Уселась на подоконник, завернулась в одеяло, и ела медленно. За окном было темно. Район казался страшным, но фонари светили ярко.
Со стиркой вопрос остался открытым — в доме машинка не работала. Завтра буду звонить хозяйке.
Открыла ноутбук. Свежая можель Lenovo. На рабочем столе — папки, заметки и документ с дипломом. Заглянула в почту, там много писем от подруг, о том почему я не отвечаю на звонки и на смс. На телефоне отключены уведомления, поэтому не заметила. А вчера отвечать на звонки не было ни сил, ни желания. Сейчас тоже отвечать не буду. Тем более они придут в ужас, когда узнают историю, в которую я вляпалась. Всё завтра. Завтра последний выходной перед учёбой.
Перед сном открыла заметки и написала:
- купить блокнот и ручку
- зайти в комиссионку за постельным бельём
- найти работу
Работа — главное. Без неё я не продержусь и месяца. Но сейчас — только спать.
Я выключила свет и легла, уставшая, но спокойная. За окном кто-то включил музыку. Где-то залаяла собака. Кто-то хлопнул дверью. А я лежала и думала только об одном: я здесь. И это уже победа.
Глава 2. Кофейня в центре
Утро было глухим, будто город ещё не проснулся, а за окном кто-то нажал на паузу. Тишина тянулась липкой лентой, и в комнате стояла такая пустота, которую не заполнят ни вещи, ни стены. Я лежала под одеялом, укрытая, но не защищённая, глядя в потолок, словно в нём могли появиться ответы. Вчера я почти до изнеможения вычищала квартиру, пытаясь стереть старую жизнь. Но сегодняшняя усталость — другая. Она не в теле, а глубоко под кожей. Одинокая. Тяжёлая. Плотная.
Кофе не спас. Я стояла у окна с кружкой, из которой поднимался тонкий пар, смотрела на улицу, надеясь увидеть хоть какое-то движение, что-то настоящее. Людей, машины, даже птиц. Но всё казалось слишком далеким от меня. Будто я не часть этого мира, а наблюдатель с другой стороны стекла.
Разблокировала телефон. Батарея почти умерла. Опять забыла поставить на зарядку. Я носила красивые раскошные платья, деловой стиль особо мне шел. Посещала ресотараны сподружками, но вот телефон был один.
Я частенько ходила в клубы с подружками, и до смерти отца, и после. Но ни папа, ни мама меня не ругали, они лишь просили быть аккуратней. Коненчо все поменялось после появления отчима, не сразу, но постепенно. Поначалу мама возмущалась, что я должна думать про учебу, хотя оценки у меня были отличные. Потом ей разонравилось то, на кого я хочу поступить после окончания школы. Мол, это несерьезно. Потом же она могла подолгу отчитывать меня за ночные гулянки. Так мы с ней начали отдаляться. Все мои попытки подружиться с ней снова не увенчались успехом.
Я открыла мессенджер — куча непрочитанных. Три дня я ни с кем не разговаривала. Телефон был на беззвучном. Я как будто пряталась.
«Ты где вообще?» — написала Софи ещё в пятницу.
«Мы переживаем, серьёзно», — добавила Эмма спустя день.
Потом были звонки. Несколько. Я не ответила ни на один.
Сейчас, стоя у окна с горячей кружкой в руках, я чувствовала, как оседает тот самый адреналин. Первые два дня я была, наверное, немного в шоке от происходящего, от своих действий. Побег, уборка, ощущение свободы — все свои эмоции я пыталась сдавить. Это как повторять себе каждый раз " все хорошо, все хорошо". Но эффект проходит, и приходит реальность.
— Алло? Линда, здравствуйте. Это Мари.