— Я... — я огляделась, как будто место само должно было сказать за меня.
— Скинь мне геопозицию. Я скоро буду.
Я кивнула, даже забыв, что он этого не видит, и отправила координаты. Затем медленно пошла вперёд. Кварталы менялись, улицы одна за другой, но я ничего не замечала — кроме мыслей, гудящих в голове.
Отец... зачем он согласился тогда? Он знал, с кем связывается. Почему не ушёл? Почему не спас себя и нас? А флешка... зачем он оставил её? Какой смысл в этом компромате, если он сам не воспользовался им? Может, он хотел защитить нас? Или это был его план на случай, если всё пойдёт не так?
А мой отчим... он ведь тоже замешен во всем этом. Двуличная тварь, каких еще поискать. Он был рядом с мамой всё это время, как сильно он сумел на нее повлиять. Получится ли у меня ее отбить.
Я не заметила, как оказалась перед магазинчиком. Лишь когда чёрный блеск машины скользнул к обочине, а знакомая фигура вышла из салона — я будто проснулась. Ник шёл ко мне уверенно, его шаги были мягкими, но решительными.
— Мари? — его голос вернул меня окончательно.
— Привет, — выдохнула я. — Я... мне нужно... — я запнулась, злясь на себя. — Я не знаю, что мне нужно. — выдохнула я.
— Обсудим всё за ужином? — Его голос стал ниже, мягче. — Пошли.
Он взял меня за руку. Его ладонь была тёплой, крепкой, и в этом прикосновении было больше заботы, чем он готов был вслух признать.
Мы перешли дорогу — напротив располагался магазин, где я раньше бывала с родителями. Большой, светлый, с идеальными витринами, на которых продукты лежали будто драгоценности. Я вспомнила, как мама с папой брали устрицы и вино, а я бегала между полок, прося купить мне шоколад.
Ник шел уверенно, как будто всегда сюда ходил. Хотя... это не кажется его местом. В нём не было ни намёка на привычку к таким местам, к этому глянцу.
Когда двери с лёгким шипением открылись, Ник остановился и повернулся ко мне:
— Что будем готовить? — спросил он просто.
Я застыла, не зная, что ответить. На щёках сразу вспыхнуло тепло.
— Я... не знаю. Я вообще не умею готовить, — призналась я, опустив глаза. — Раньше не приходилось. Всё время готовили домработницы... либо заказывали.
Он усмехнулся краем губ.
— Тогда придумаем что-нибудь, — произнёс спокойно.
И направился внутрь, не ожидая от меня других ответов. Я поспешила за ним, чувствуя себя одновременно неловко и... защищённо. Будто если я рядом с ним, то неважно, умею я готовить или нет — он всё равно разберётся.
Ник двигался вдоль полок, выбирая продукты так уверенно, будто готовился к званому ужину. Паста с замысловатым названием, мясо, зелень, соусы в бутылках с золотыми крышками... и внезапно — ведёрко мороженого с моим любимым вкусом. Он бросил его в корзину.
Я смотрела на него и думала: как будто он не просто покупает еду. Как будто он строит маленький мир, в котором теперь есть место и для меня. Да кто же ты такой?
Когда мы вернулись домой, я смотрела, как Ник ловко расправляется с продуктами, будто точно знал, что и в какой момент достать из пакетов. Он уверенно резал мясо, раскладывал специи, ставил сковороду на плиту.
Это странное зрелище вызвало во мне что-то похожее на тепло. Вся эта простая, почти бытовая картина казалась неправдоподобной — словно я попала в чужой фильм. Ник на кухне, я — рядом, домашние хлопоты. Казалось бы, что в этом особенного? Но для меня это было новым, странным... и удивительно приятным.
Я прикусила губу, наблюдая за ним с какой-то детской радостью. Я не заметила, как начала улыбаться сама себе.
— Когда ты научился готовить? — не выдержала я.
Он не оторвал взгляда от доски, лишь коротко бросил:
— Когда вырос.
Просто. Холодно. Словно это само собой разумеющееся.
— А ещё что ты умеешь? — я подошла ближе, прислонившись бедром к столешнице. — Танцевать умеешь? Или может, ты ещё и стихи читаешь?
Он хмыкнул.
— Только убивать умею, Мари, — сказал он с лёгкой ухмылкой, даже не поднимая глаз.
Я закатила глаза.
— И почему тогда у тебя холодильник был пустой?
Он наконец посмотрел на меня, на лице мелькнула тень улыбки.
— Так и будешь задавать вопросы? Или поможешь наконец?
Я прижала руку к груди, изображая наигранное возмущение:
— Помогу. Но вопросы задавать буду. Я ведь теперь живу с тобой. Значит, имею право знать о тебе больше.
Он резко подошёл. Одним движением обхватил меня за талию и усадил на столешницу. Я ахнула — он стоял так близко, что между нами не осталось пространства.
— И что же тебя интересует?
— Например… кто твои родители. Где ты родился. Есть ли у тебя братья или сестры. И… — я на мгновение запнулась, взгляд сам скользнул ниже, к его плечам, к линии груди под тонкой тканью футболки. — Откуда эти шрамы?