— Так сорвись, — выдохнула я.
Он всмотрелся в мои глаза — и тогда, не предупредив, толкнулся вперёд. Я вскрикнула — не от боли, от шока. Было больно, да. Но он вошёл быстро, резко, как будто боялся, что передумаю. А я не передумала. Я хотела его.
Он замер, давая мне время привыкнуть. Он внутри меня. Я чувствовала его жар, его пульсацию. Тяжело, непривычно, но... правильно. Так, как будто он всегда должен был быть во мне.
Я попыталась дёрнуться, инстинктивно сжалась, но он держал меня крепко, его руки схватили меня за бёдра, не давая отступить.
— Тише... — прошептал он мне в шею, но не остановился.
— Боже... — я прошептала. — Ты... большой...
— Мари... — Ник сжал мои бёдра, начал медленно двигаться, всё глубже и глубже.
Он двигался. Сначала медленно, а потом быстрее. Боль не уходила сразу, но каждое его движение будто разжигало внутри огонь. Я чувствовала его всего, до глубины. Он был огромен, и я была забита им полностью. Но тело... тело приспосабливалось. Я чувствовала, как внутри становится влажнее, как мышцы сами начинают сжиматься, как мне начинает нравиться это давление, это вторжение.
Я смотрела на него — он был сосредоточен, стиснутые зубы, хриплое дыхание, глаза полузакрыты. Он держал меня за бёдра так, будто я могла исчезнуть. А потом уткнулся лицом в мою шею, прикусил кожу.
— Ты... ты сводишь меня с ума... — прошептал он.
И я поняла, что мне больше не больно. Мне хорошо. С каждым толчком всё лучше, жарче. Я застонала, крепко обняла его, ногами обвила его талию. Я тянула его к себе, требовала больше.
И он дал мне это. Его движения стали грубыми, сильными. Кровать скрипела, моё тело подпрыгивало под ним, но я уже не могла думать ни о чём. Только о нём. Только о том, как он берёт меня. Я впервые почувствовала себя женщиной. Не девочкой. Женщиной. Его женщиной.
Я приближалась к грани. Я чувствовала, как всё внутри сжимается, как жар нарастает в животе, в груди, в каждой клетке. Он не был нежным. Он двигался с силой, с жадностью, срывался, потому что больше не мог держаться. Я цеплялась за его спину, оставляя царапины, он рычал от этого, как будто я разжигала в нём зверя.
— Ты моя, — прошипел он.
Он взял меня за бёдра, приподнял и начал входить быстрее, жёстче, и я закричала — мне было хорошо, так хорошо, что я не знала, куда деть себя.
— Ник... я... — прошептала я, не в силах договорить.
— Я знаю. Давай. Для меня, Мари.
Эти слова сорвали тормоза. Он поцеловал меня в губы, захватил их, пока я не вскрикнула — меня накрыло. Оргазм взорвался где-то внутри, горячей, пульсирующей волной. Моё тело выгнулось, я кончала, цепляясь за него, как за спасение.
Ник не выдержал, сжал меня крепче и с глухим стоном кончил внутри, глубоко, горячо, тяжело дыша мне в шею. Я почувствовала, как он сжался, как замер, вонзаясь в меня до конца, как его горячее разлилось внутри. Он выдохнул тяжело, хрипло, рухнул на меня, ещё несколько раз дрожа.
Мы лежали, не двигаясь. Я чувствовала его вес, его тепло, его дыхание у своей шеи. И я улыбалась. Потому что теперь... я принадлежала ему.
— Больше не отпущу тебя, — прошептал он, целуя меня в висок. — Никогда.
А я и не хотела, чтобы отпускал.
Глава 31. Авария
Тело словно налилось тяжестью. Мои мышцы дрожали от усталости и чего-то другого… более глубокого, первобытного. Я лежала, прижимаясь щекой к его груди, ощущая, как сердце Ника стучит под моей ладонью — тяжело, уверенно. Он не отпускал. Его рука лежала на моей талии, будто охраняла.
Где-то глубоко в животе ощущалась тянущая боль — слабая, но ощутимая, как напоминание. Напоминание о том, что это был мой первый раз. Первый секс. Я всегда думала, что это случится по-другому. Что я буду долго встречаться с кем-то, что между нами будет нежность, уверенность, долгие признания в любви. Я представляла свечи, мягкую музыку, нежные прикосновения, безопасность... А вышло всё иначе. Неожиданно. Ярко. Страстно. Слишком быстро и слишком сильно.
И с Домиником. Именно он стал моим первым. Человек, с которым у нас не было ни гарантий, ни обещаний. Только химия, эмоции и то, как он смотрел на меня.
Щеки налились жаром, стоило вспомнить, как он прижимал меня к себе, как я стонала под ним, как всё моё тело вибрировало от удовольствия. Даже сейчас, когда я лежала в его объятиях, эта картина не отпускала меня. Возможно, всё это просто страсть. Возможно, мы — просто короткий роман. Временный.
Но если быть честной... я не жалею. Ни о чем.
Я чуть шевельнулась, хотела встать.
— Нет, — его голос был хриплым, немного сонным. Рука сильнее сомкнулась. — Дай мне ещё минуту… просто обнять тебя.