Он подошёл ближе, накинул на себя худи и без лишних слов взял с тумбочки ключи.
— Я отвезу, — тихо сказал он, твёрдо, не оставляя места возражениям.
Я моргнула, только сейчас осознав, что даже забыла о его присутствии в квартире. Паника гнала меня вперёд, как волна. Всё остальное стало второстепенным.
— Хорошо, — выдохнула я, и только тогда заметила, как дрожат мои руки.
Дорога тянулась в гнетущей тишине. Я смотрела в окно, ловя отражение собственных глаз в стекле — тусклых, растерянных. Пальцы сжимались в кулак, будто это могло сдержать дрожь внутри.
Иногда я проверяла телефон, но экран оставался чёрным. Снова и снова.
Ник молчал. Он сидел рядом, но не вторгался в моё пространство. Просто был. И вдруг — его рука легла на мою, уверенно, но без нажима. Я вздрогнула и повернула голову.
Он смотрел на меня. В этом взгляде было что-то, чего я раньше не видела. Не просто решимость, не привычная сдержанность. А забота. Уверенность. Поддержка.
Молчаливая, но ощутимая, как рука, удерживающая на краю.
Я чуть кивнула — почти незаметно, и он тоже ничего не сказал. Но взгляд его остался со мной. Он будто говорил: «Ты не одна».
В голове рвались мысли: мама, Джон, авария. Почему он не написал сразу сам? Что вообще происходит? Кто вообще я для них всех — дочь, тень, или просто способ манипулировать?
Ник не спрашивал. И я была благодарна за это.
Глава 32. Мать
Больница встретила меня резким запахом антисептика и сухой прохладой коридоров. Я шла быстро, почти на автомате, но внутри всё покалывало тревогой. Как будто каждый шаг тянул за собой всё больше непонимания и страха.
Ник остался у машины — перед тем как выйти, у него зазвонил телефон. Я видела, как он медленно ответил, голос его стал тихим, напряжённым. Он не смотрел на меня, когда вышел из машины, унося телефон с собой. В его лице промелькнула тень, которую я не могла понять, но почувствовала — это было нечто большее, чем просто личный разговор.
У стойки ресепшена сидела девушка — молодая, аккуратная, с идеально собранным пучком. Я собиралась просто подойти и спросить, куда положили маму. Обычная процедура. Ничего особенного.
Но стоило ей увидеть меня, её лицо изменилось. Тонкая вежливая улыбка дрогнула. Глаза расширились. Пальцы вцепились в край стола, будто я сейчас попрошу у неё признаться в преступлении. Она резко оглянулась по сторонам, словно проверяла, кто находится в зоне видимости.
Я замедлила шаг. Что это было?
Она явно боялась. Или… чего-то ожидала.
— Добрый день. Мне нужна информация о моей матери. Её доставили сюда после аварии, — сказала я спокойно, хотя внутри всё уже поднялось на дыбы.
Девушка сглотнула. Кивнула слишком быстро.
— Да… да, конечно. Как… как фамилия?
Я назвала. Она, почти не глядя в компьютер, торопливо щёлкнула по клавиатуре. И всё это время её плечи были напряжены, будто она ждала удара.
— Палата… э-э… 15, отделение 4, — сказала она быстро.
— Вы уверены? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается странное подозрение.
— Да. Конечно. 15, — повторила она, уже увереннее.
В первый момент я даже подумала спросить, что происходит. Но затем заметила, как она нервно теребит ручку, и решила: может, у неё просто первый день.
Может, она перепугана или не успела освоиться. Это же больница, здесь и без того атмосфера давит.
Я выдохнула. И отбросила тревожные мысли в сторону.
Коридор был длинным, освещённым тусклыми лампами. Номера палат тянулись один за другим — 11… 12... 13… Я шла всё быстрее. Внутри поднимался холодок. Хотела увидеть маму. Убедиться, что с ней всё в порядке.
И вот — 15.
Я остановилась. Сердце билось слишком громко. Пальцы дрожали. Я смотрела на номер несколько секунд, пытаясь заставить себя вдохнуть глубже.
Соберись. Я взялась за ручку. Приоткрыла дверь. Сделала шаг внутрь. Второй. Палата была пуста. Аккуратно заправленная кровать. Тишина. Даже запаха чужого присутствия — ничего.
Губы пересохли.
— Мама?.. — позвала я едва слышно, хотя уже знала, что ответа не будет.
Дверь тихо скрипнула — кто-то вошёл. Я резко обернулась. У входа стоял мужчина в тёмной одежде. Капюшон закрывал его лицо почти полностью, отбрасывая тень на черты. Я не видела глаз. Не видела выражения. Только силуэт. И то, как медленно он сделал шаг ко мне.
Я попыталась сделать шаг назад, но он оказался слишком быстрым.
— Кто вы?.. — прошептала я, но ответа не последовало.
Он резко схватил меня. Я закричала, но он тут же прижал к моему лицу влажную ткань. Резкий химический запах ударил в нос. Я начала вырываться, пыталась бить его локтями, ногами, но сил становилось всё меньше. Пространство дрожало, как в тумане. Всё плыло. Голова закружилась. Мир исчезал. Сознание покидало меня, оставляя только страх.