- Даже не знаю, - пробормотал я, вставая с колен. - Пахнет землёй.
Я просто подумал, что так непременно поступил бы Томас. Он обожал всё нюхать, причём обонянием мог похвастаться даже перед белками. И, конечно, нашёл бы, что сказать о медведе. К примеру, старый он или не очень, и что недавно он переходил болото. А ещё он мог взять крупицу земли и закинуть в рот - пожевать и попробовать на вкус, - но так под пристальным взглядом друзей я делать не рискнул.
Мы разошлись в разные стороны в надежде найти ещё какие-нибудь следы, желательно те, что не заметил Аалто со своей свитой. Джейкоб искал на лесной опушке, внимательно осматривая каждый ствол и зачем-то постукивая костяшками пальцев по коре. Юсси самоуверенно расхаживал вдоль забора господина Снеллмана - наверное, искал, где отслоилась краска, чтобы свалить это на медведя. Я слонялся тут и там, не особенно поглядывая под ноги, и думал. Я всегда жалел, что у меня не было собаки. Лохматого пса с закрученным баранкой хвостом, огромного, как лев, и такого же оранжевого. Сейчас я, наверное, дал бы ему понюхать след, и он бы непременно его взял.
- А что собаки? - спросил я господина Аалто, который неспешно, всё так же заткнув большие пальцы за ремень, вперевалочку продефилировал в мою сторону. Кажется, он не злился.
- Все окрестные собаки, говорят, выли, как чумные. Они хвоста не смели показать из-под домов. И до сих пор не показывают.
- Но у вас должна быть служебная собака? - продолжал допытываться я.
Подошли ребята. Господин Аалто сказал:
- Шавка, которую я привёз, вон там, - мы, все втроём, оглянулись на пикап с надписью "POLIS". Там, на заднем сиденье, сидел испуганный шнауцер. Он лаял, но хотя стекло на переднем сидении было приспущено, оттуда не доносилось ни звука. - На самом деле, она не совсем служебная. Я одолжил её у кузины. Мышей она загоняла вполне сносно, а след этого зверя взять отказалась. Даже потеряла от страха голос, бедняга.
- Это и вправду был медведь? - спросил Джейк. Я, смочив палец в слюне, пытался избавиться от грязи на голых коленях.
- Кто бы это ни был, мне больше нечего здесь делать, - хмуро сказал Аалто. - И вам тоже. Только потеряете зря время. Кажется, эта зверюга удовлетворилась кишками старухи Йонсен... в смысле, кишками её индюка, и убралась обратно в свои леса. Не вздумайте организовывать поисковую экспедицию - вы сами видели, какие у неё когти.
- Есть сэр, - сказал Юсси. - То есть, никак нет!
Мы подняли с земли велосипеды и побрели прочь, переваривая каждый своего медведя. У Джейка это был старый, больной зверь с испачканным в помёте задом, который рычал на собственную тень; Юсси, раскачивая и тряся своего двухколёсного друга, беззвучно шлёпая губами и пуская слюну, представлял огромного коричневого монстра, который крушил забор господина Снеллмана, а потом топтал его лужайку. У меня в голове умещался только абстрактный, нарисованный карандашом на бумаге медведь, состоящий из озабоченности Аалто и имеющий отчего-то его походку.
Когда мы проходили под дубом, Джейк остановился, задрал голову и крикнул свисающей с ветки паре ног:
- Эй, ты. Ну-ка слезай сюда.
Ноги пропали, и секунду спустя оттуда свесилась белобрысая мальчишеская голова.
- Ты мне? - спросила она Джейка.
Мальчишка был похож на какое-то головастое животное из зоопарка. Я затруднялся сказать точно, на кого был похож этот малец и зачем мог бы нам понадобиться. Но Джейк, должно быть, точно знал чего хочет. Он осклабился и сказал:
- Слезай-слезай. Я тебя не трону. Хочу только задать пару вопросов.
Теперь исчезла и голова, а потом владелец всех этих конечностей появился целиком. Пыхтя, он сползал по стволу, обхватив его по-медвежьи. Остальные мальчишки на всякий случай перебрались повыше, и наблюдали оттуда за нами большими испуганными глазами.
- Вы, ребята, торчите здесь с утра? - строго спросил Джейк, когда малец предстал перед ним. Малец храбрился и раздувал щёки, а Юсси давился от смеха. Я тоже давился, хотя смеяться совсем не тянуло. Кажется, способность искренне над чем-то хохотать откололась от меня и теперь живёт какой-то своей, самостоятельной жизнью. Может, даже нашла себе нового хозяина. Какую-нибудь девочку, которая, например, даже не подозревала, что есть такая замечательная штука, как чувство юмора. Вроде Саши, только помладше, чтоб ещё не поздно было перевоспитать.
- Точно.
- Что здесь происходило?
Мальчонка понял, что обижать его никто не собирается, и деловито поглядел на часы. Часы у него были огромные, пластиковые и пронзительно-синие, с множеством электронных цифр. Кажется, они могли показывать даже направление ветра.
- Здесь - много что... Луи - вот тот, в красных сандалиях, ему мама даже принесла обед прям на дерево, потому что он отказывался идти в дом. В какое точно время происходило?
- Ого, - одобрительно сказал Джейкоб. - Рассказывай с самого начала.
- Вначале приехал на своём джипе господин полицейский...
- Это пикап, - сказал Юсси, - и полицейского зовут Аалто.
- Когда приехал на своём пикапе господин Аалто, собралось много мужчин. Вон оттуда пришёл господин Снеллман, а вон оттуда - вонючка Ан... ой, господин Анконен. Как звать остальных, я не помню. Один старик во-он из того дома с красной крышей, ещё мужчина...
- Ладно, хватит, я понял. Давай дальше, - продолжил свой допрос Джейк.
- Господин Снеллман ходил с ружьём, как будто приклеенный. Остальные без оружия, но в машине у того полицейского точно есть дробовик... в общем, они собрались, долго что-то обсуждали.
- Что именно?
- Ну, про медведя того... они хотят собраться у господина Снеллмана в гостиной и устроить засаду.
- Сегодня ночью! - воскликнул Юсси. - Во сколько?
- Как только стемнеет.
Мы посмотрели друг на друга, и я понял, что Джейк и Юсси это так не оставят. Шериф, конечно, ещё не знает, но у него появилось как минимум две пары внимательных, восторженных глаз. А где две, там и третья, как бы не преследовало меня чувство, что без Томаса в нашем маленьком городке вряд ли могло остаться хоть что-то интересное и занимательное. Но... медведь, чёрт побери, настоящий медведь!