На секунду, всего лишь на одну секунду родительский эгоизм взыграл в господине Нихате, но он тут же подавил его и взяв себя в руки и посмотрел на жену. Та молча кивнула и с улыбкой посмотрела на младшую дочь:
- Так ты не хочешь замуж за него, поэтому так упрямишься?
- Мама!
- Нет, ты скажи, моя маленькая птичка, если ты его не любишь, не хочешь за него замуж, я в два счета прогоню этого человека из твоей жизни – поддержал жену Нихат.
- Нет, папа, о чем ты! Конечно я его любл… - Санем осеклась, поняв, что родители обхитрили ее. Она смущенно потупилась, пытаясь сдержать слезы отчаяния. Ну почему никто не слышит ее! Сейчас Джан думает, что сможет вылечить ее, а если этой надежды не останется? Что тогда будет с ним?
- Тогда решено! – Нихат вскочил на ноги – Решено, отдаю!
- Кому отдаешь? – засмеялась Мевкибе, с обожанием глядя на мужа. Это был мужчина ее жизни, ее мечты. Вот такой добрый, готовый пожертвовать собой ради них, готовый пойти на все, лишь бы им было хорошо.
- Да какая разница – засмеялся тот. – Пусть забирает кто хочешь!
- Папа! – возмутилась Санем, понимая, что с вместе с родителями она все-таки победит свой разум.
- Молчи! – хмурясь прикрикнул он и испортил весь эффект рассмеявшись. – Ах, Мевкибе, как же нас любит Аллах, какого человека нам послал. И дочку заберет, и вылечит ее, еще и от свадебных расходов нас спасет! Только сразу скажи ему – Нихат наклонился к дочери – пусть даже не рассчитывает на приданное.
- Что? Какое еще приданное, мы ему такой бриллиант отдаем! – «возмутилась» Мевкибе, целуя дочь.
- Оф, Санем, теперь ты понимаешь, почему я до сих пор замуж выйти не могу? – спросила Лейла и рассмеялась, уворачиваясь от руки матери – Потому, что у нас жадные родители!
- Вот я тебе сейчас – Мевкибе погрозила ей и снова вернулась к Санем – Дочка, ну так что ты скажешь?
- Мама, можно я отвечу утром?
- Конечно можно, моя родная. Конечно можно… - она посмотрела на Лейлу - Идите девочки, отдохните.
Мевкибе не стала настаивать, она понимала, что дочери нужно время, чтобы обдумать все хорошо и принять ситуацию. Она прекрасно понимала ее страхи. Не принимала, но понять все-таки могла.
Проводив взглядом дочерей, Нихат сел рядом с женой и обнял ее за плечи:
- Мевкибе, неужели нам и правда Аллах послал этого человека.
- Он завтра станет нашим зятем.
- И что?
- А то, что он станет твоим сыном, а ты до сих пор его называешь «этот человек», даже имени его не произносишь.
- Пусть довольствуется и этим! Украл мою девочку, пусть спасибо скажет, что вообще жив остался.
- Ох-ох, - засмеялась женщина, удобнее устраиваясь в объятиях мужа – какой ты у меня грозный.
- Когда дело касается моих девочек, я способен на все!
- Ты хвастун!
- Мевкибеее!
- Хвастун – тихо смеялась женщина, впервые за два года почувствовав себя по настоящему счастливой.
- Джан, я понимаю, что ты все обдумал. Я понимаю, что это твое решение и поддерживаю тебя, сынок. Но вот так резко принимать такие важные решения… Тебе не кажется, что ты слишком торопишься? – господин Азиз забыл про свой завтрак, забыл про все на свете, когда его старший сын объявил, что сегодня возможно они с Санем зарегистрируют брак.
- Нет, не кажется – упрямо уставившись в стену ответил Джан.
- Хорошо, тогда объясни, что значит «возможно». То есть ты в себе не до конца уверен?
- Отец, я уверен. Я не знаю, насколько она уверена во мне.
- А это еще что значит? – Азиз совершенно потерял терпение. – Ты меня просто хочешь свести с ума!
- Нет, не хочу. Санем должна поговорить с родителями и неизвестно, какое решение они примут.
- Сын, знаешь что я тебе скажу… Я очень люблю Санем и уважаю ее родителей и уже не сомневаюсь в том, что рано или поздно вы будете вместе. Но унижаться каждый раз, когда ты просишь ее руки я не собираюсь. Узнай сначала их решение и потом уже я поеду не то, что в дворец регистрации, куда угодно поеду!
- Отец, ты понимаешь, что из-за своего упрямства ты можешь пропустить очень важное событие в моей жизни?
- Это не упрямство, Джан. Я не понимаю тебя, ты стал просто одержим!
- Думай, что хочешь! Каждый день темноты для Санем, это день темноты для меня и для Эмре тоже! Я хочу нас всех освободить и уж если такая возможность появилась, я не упущу ее, даже если мне придется силой ее туда везти.
- Какие шансы? – подал голос до сих пор молчавший Эмре. Он больше всех хотел, чтобы Санем вернули зрение, поэтому даже не думал спорить с братом. Он верил в то, что Джан делает все правильно.
- Девяносто процентов – коротко ответил Джан, и встал из-за стола. – Я поехал за Санем и ее родителями. Я хотел бы, чтобы вы приехали…
- Мы будем – твердо пообещал Эмре, посмотрев на отца с мольбой в глазах.
Джан не уточнял во сколько заедет, но когда его машина остановилась у дома Санем, его уже ждало все семейство Айдын. Гопсожа Мевкибе тепло поприветствовала его, Лейла тоже пожелала доброго утра, господин Нихат поворчал, что долго пришлось ждать его… Но Джана все это не волновало. Он обеспокоенно смотрел в зеркале на Санем, которая не проронила ни одного слова. Лейла перехватила его взгляд и одобрительно покачала головой, давая понять, что все в порядке. Однако тревога сковала его грудь и молодой человек чувствовал, что с каждой минутой ему становится все труднее дышать.
Приехав ко дворцу регистрации, Мевкибе увела дочерей, а Джан остался сидеть в машине с отцом Санем, понимая, что разговор неизбежен.
- Я не буду долго говорить – сразу предупредил тот. – Тем более говорить не о чем. Ты наверно думаешь, что я буду тебя сейчас благодарить, руки целовать… Если нужно, я готов…
- О чем вы, господин Нихат. Как можно думать о таком – расстерялся Джан.
- Нет, ты подожди… - Нихат наконец повернулся к Джану лицом – Мои слова благодарности я буду говорить в молитвах к Аллаху, они дойдут до тебя. Но я хочу тебя предупредить… Санем очень особенная и если ты посмеешь когда-нибудь обидеть ее… Послушай сынок… У меня есть три причины жить и радоваться жизни – это мои жена и девочки. Ради них я живу, ради них я дышу. Поэтому, если ты когда-нибудь…
- Господин Нихат – перебил его Джан – у меня нет такой мысли. Возможно вам сложно понять, но я на самом деле люблю Санем. Я не буду врать и уверять вас, что имею хоть малейшее представление, как мы будем с ней жить в будущем. Но я точно знаю, что хочу видеть рядом с собой только ее. И в горе и в радости…
- Хорошо, буду считать, что мы с тобой договорились – он протянул руку. Сначала Джан не понял, хотел просто пожать ее, но потом сообразил, что его тесть снизошел до благословения и взяв протянутую руку прижал ее к губам, потом ко лбу. Нихат удовлетворенно кивнул – И, еще одно… Ты всю дорогу на Санем поглядывал… Я видел… Она переживает из-за всего этого. Думает, что если и в этот раз врачи ей не помогут ты разочаруешься и не захочешь ее…
- Она мне не доверяет – пожаловался Джан.
- И правильно делает – буркнул Нихат и вышел из машины, оставив расстроенного молодого человека в машине…
- Почему они так долго? – волновалась Санем.
- Ничего и не долго, всего пять минут прошло – успокоила ее Лейла.
- Ты говоришь неправду… Они там целую вечность разговаривают.
- Тише вы – шикнула Мевкибе, глядя на дверь в ожидании мужа.
- Мама, здесь же больше никого нет – возмутилась Лейла.
- И что? Поэтому надо орать? – женщина волновалась, паника начинала овладевать ею. Каждый звук, каждый шорох отдавался в ушах ужасным грохотом.
- Мама, ты волнуешься? – спросила Санем, обрадовавшись возможности переключить свое внимание от мыслей о Джане на что-то другое.
- Конечно волнуюсь, я же не каждый день дочку замуж выдаю.
- Но это же не настоящая свадьба? – улыбнулась Санем. Лейла посмотрела на маму и пожала плечами.
- Санем, не выводи меня из себя, ребенок! Что значит не настоящая.
- Я имею ввиду, нету же гостей, платья и всего остального…