Остаток вечера прошел очень весело. Санем рассказывала о своих «приключениях» в Берлине, приукрашивая и иногда даже придумывая какие-то моменты, чего на самом деле не было. Но Джану даже в голову не приходило остановить ее или указать на то, что она говорит не совсем правду. Санем делала это для родителей, для того чтобы убедить их, в том что не испытала никаких неудобство, напряжения или боли… Что поездка ее была очень увлекательная и она очень хорошо отдохнула. А про лечение было сказано всего несколько слов…
Джан слушал жену и поддакивал, кивал головой и соглашался со всем, что она говорила. Санем вдохновлялась от этого еще больше и ее рассказы становились все нереалистичней, поэтому молодой человек осторожно сжимал ее руку, когда она очень увлекалась. Санем весело щебетала, чувствуя себя очень счастливой в окружении самых любимых и родных для нее людей.
Когда ужин закончился, девушки ушли в комнату Санем. Госпожа Мевкибе сварив мужчинам кофе, оставила их в гостиной в мужской компании. Сама же присоединилась к девочкам, чтобы посплетничать и выведать у Санем то, чего она не рассказала за ужином.
Господин Нихат и господин Азиз засели за нарды, перед этим горячо поспорив о том, кто же выиграл прошлую партию. Эмре попытался восстановиться историю их игры, но был грубо отстранен обоими отцами, поэтому молча сел рядом с Дажаном, чтобы наблюдать за игрой с безопасного расстояния. Братья переговаривались вполголоса, делали ставки, обсуждали игру. Но неожиданно Джан почувствовал ужасную усталость, голова отяжелела, поэтому пристроив ее на спинку дивана, он всего на минуту прикрыл глаза, а когда проснулся отца и Эмре уже не было. Рядом стоял Нихат, и осторожно тряс его за плечо:
- Джан, сынок, ты иди наверх, поспи. Устал видимо, утомился…
- Да, спасибо, - треснувшим со сна голосом ответил Джан и растеряно оглянулся вокруг, как будто пытался вспомнить, что делает в гостиной родителей Санем.
- А, Джан! Проснулся? – молодой человек так и не понял, откуда так неожиданно появилась его теща.
- Да, кажется я не заметил как заснул…
- Ничего, сынок, тебе нужен отдых… - Мевкибе ханым присела рядом, и взяв его руку поцеловала ее. От неожиданности Джан отдернул руку и удивленно уставился на нее.
- Что вы делаете? Это я должен целовать вашу руку…
- Сынок, я не знаю, как тебе выразить свою благодарность. Наша жизнь была черно-белой… а ты вернул в нее краски…
- Сегодня за ужином, я первый раз за последние два года увидел прежнюю Санем – господин Нихат присел рядом. Джан переводил взгляд с одного на другого и не знал, что сказать. Он вскочил с места, и навис над ними, как великан:
- Не нужно меня благодарить! Не за что меня благодарить! И не я вернул краски в вашу жизнь, а Санем. Она и мою жизнь украсила, не только вашу.
- Она такая, моя девочка – Мевкибе вытерла уголки глаз и решительно встала. – Сынок, она девочка странная, но очень скоро ты поймешь, она - сама жизнь!
- Я это уже понял – улыбнулся Джан, мечтая исчезнуть из этой гостиной и оказаться рядом с Санем, под ее защитой.
- Ты сделал больше дело, Джан. Ты очень добрый человек, у тебя очень красивая душа – Мевкибе ханым пыталась обнять зятя, но ей не хватило рук на это.
- Можно я пойду к Санем? – Джан чувствовал себя сейчас таким маленьким, таким беззащитным. Благодарность родителей Санем была для него ценна, но в то же время делала его чужим. Ведь своих близких не благодарят за такие вещи, благодарят только чужих…
- Конечно, сынок. Иди, отдохни – но вместо того, чтобы отпустить, женщина прижалась к его широкой груди с благодарностью. Нихат ограничился простым пожатием руки, но Джан знал, что его тоже переполняют чувства.
Наконец вырвавшись из рук родителей, Джан пошел наверх, переступая сразу три ступеньки. Оказавшись в маленьком коридорчике, он оглянулся, пытаясь вспомнить где именно располагалась комната Санем. Он хотел уже позвать девушку по имени, когда услышал возмущенный голос Лейлы и застыл на месте:
- Санем! Ты что ни разу не надела эти пижамы?
- Я же сказала, что не надену этот ужас… - довольный голос Санем заставил его улыбнуться.
- Ужас? Вот я тебя сейчас!!! – наверно Лейла ущипнула или потянула за волосы сестру, потому что та заверещала, а потом залилась веселым смехом. – Настоящий ужас – это твои пижамы! Вот ответь мне на один вопрос, только честно… - Джан стоял, привалившись к стене и не хотел никуда двигаться. Он хотел немного подслушать, веселую перебранку между сестрами - Скажи, что ты будешь делать, когда твоему Джану захочется эстетики, а не этого ужаса и он бросит тебя и уйдет к тому, кто умеет носить шелковые пижамы.
- Как это? Такого не может быть! – Санем даже мысли не допускала такой. Как Джан может от нее уйти? Куда? Зачем?
- Сестренка, в жизни все бывает! Вот уйдет он, а ты потом с этим «Ла-ла-ла» в обнимку будешь спать. Одна!
- Санем? – Джану не хотелось, чтобы Лейла забивала голову сестры такими глупостями. А еще ему стало немного обидно за любимую пижаму Санем. Ведь с недавних пор она стала и его любимой…
- Джан, мы здесь, заходи – позвала девушка, протягивая руку.
- Не помешаю? – он осторожно втиснулся в приоткрытую дверь.
- Нет, нет. Проходи. Сейчас постелю вам… Только… - Лейла оглянулась на кровать – Мне кажется ты не поместишься на этой кровати.
- Ничего, я могу спать на полу – Джан подошел к окну и выглянул на улицу. Соседи собрались небольшими компаниями возле своих домов. Они о чем-то разговаривали, щелкали семечки, кидая шелуху прямо на землю.
- Как на полу? Пойдем вниз, мы тебе в гостиной постелем, там диван большой…
- Лейла, пожалуйста. Я абсолютно комфортно буду чувствовать себя на полу. Поверь мне – Джану уже не терпелось лечь спать. Он даже не помнил, когда в последний раз чувствовал себя таким уставшим. Только сейчас, оказавшись в доме у родителей и понимая, что есть кому позаботиться о Санем, он осознал, что хочет отдыха, хочет просто лечь, пусть даже на пол, и проспать не меньше восьми часов.
- Поверь ему, сестра – хитро улыбнулась Санем, вспомнив, сколько раз Джан сбегал от нее на пол.
- Мама убьет меня – обреченно прохрипела Лейла, но Джан только улыбнулся и одобрительно кивнул. Девушке ничего не оставалось, кроме как выполнить его просьбу. Когда постель была готова Лейла пожелала Джану спокойной ночи и уже собралась уходить, но Санем попросила ее задержаться немного:
- Я сейчас выйду, пожалуйста, подожди меня снаружи.
- Хорошо сестренка – Лейла прикрыла дверь за собой.
- Я спущусь немного пообщаюсь с родителями – оправдалась Санем, прислушиваясь к шуршанию одежды Джана. – Я постараюсь не шуметь, когда вернусь…
- Поверь мне, я сейчас такой уставший, никто и ничто сможет разбудить меня до самого утра – Санем услышала слова где-то рядом с собой и сразу же почувствовала его дыхание на своем лице. Его губы нашли ее губы и она с радостью приняла поцелуй, такой долгожданный, такой желанный. Весь день он ее не целовал… Весь день она ждала и желала прижаться к его губам…
- Ты не целовал меня весь день – девушка даже не думала скрывать свое недовольство.
- Думаешь это долго? – улыбнулся Джан, едва касаясь ее губ. Как же он был рад, что ему досталась в жены это очаровательное создание. Настолько чистое, настолько невинное, что даже не умеет скрывать свои мысли и чувства.
- Это очень долго, тут и думать нечего – Санем подалась вперед и ему «пришлось» снова поцеловать ее.