– Нет.
– Я не хочу жить. Позволь мне умереть, Оби-Ван.
– И что тогда? Ты никогда не выбирала легкий путь.
Девушка закрыла лицо ослабевшими руками и заплакала.
– Мне больно. Все время меня терзает боль. Я не могу даже на собственных детей смотреть без боли. Зачем мне такая жизнь?
– Не думай о них, как о детях Энакина. Люк и Лея — твои дети…
– А что если они такие как он? Что если их судьба уже предопределена и им судилось стать такими же как их отец?
– Энакин не был злым все время. Мы оба это знаем. Таким его сделал страх за тебя, за них.
– И это еще хуже! Как я могу жить, зная, что сама стала причиной того, что с ним случилось? Ты думаешь, я не знаю, что он жив? Думаешь, не знаю во что превратился? Мне ненавистно то, чем он стал и я ненавижу себя! - рыдания переходили в истерику. - Ненавижу за то, что была слабой, что я стала всему виной! Позволь мне умереть!
Её слова были пропитаны ядом и болью и Оби-Ван не мог спокойно смотреть на все это. Его трясло не меньше чем её, мозг отчаянно отказывался воспринимать происходящее.
Он вскочил с кровати и направился к большому окну, зарываясь руками в волосы. Падме продолжала плакать, но постепенно рыдания становились все тише и она наконец прошептала, сломанным голосом:
– Оби-Ван… - он не обернулся. - Зачем ты меня спас?
– Потому, что люблю. - слова, которые он отчаянно хотел ей сказать. Но, не желая причинять боль ни себе, ни ей, он сказал: - Потому, что ты должна жить.
– Зачем? - все тот же вопрос, но он доводил джедая до бешенства.
– Да не знаю я зачем! - страх, злость, все вдруг вырвалось наружу. - Падме, тебе дали шанс, который не все получают! Тебе дали возможность жить, чувствовать, любить… Энакин предал все, во что верил, ради того, чтобы даровать тебе жизнь! И как ты ею распорядилась?! - он стоял перед лежащей девушкой, уже не отдавая себе отчета в том, что говорит. Слова просто вырывались, словно из самой души. - Мне, впрочем, плевать, делай, что хочешь. Я буду только рад убраться с этой чертовой планеты! Но когда следующий раз будешь резать вены, подумай, что лишаешь своих детей матери. И подумай, чем после этого ты лучше Энакина!
И он ушел, хлопнув смежной дверью. Какой-то частью сознания он понимал, что хоть и был слишком груб, но это было именно тем толчком, который или вернет прежнюю Падме или закончит это представление.
========== Глава 3 ==========
– Доброе утро, мастер Кеноби. - Мира приветливо улыбнулась и поставила перед джедаем кружку молока.
– Падме не спускалась?
– Нет, она сидит у себя. Но она нормально ест и уже не такая молчаливая. Сегодня она даже подходила к кроватке Люка.
Джедай кивнул, опустошая стакан с белой жидкостью. Молоко он терпеть не мог, но приходилось привыкать, потому что корабль с продовольствием прилетал только раз в месяц, чтобы не привлекать внимания.
Прошло чуть меньше месяца с попытки Падме убить себя. Она все еще не спускалась и никого не хотела видеть, но, по словам главы Миры, медленно, но все же приходила в норму.
Оби-Ван её не видел. Она запиралась в комнате, а он уходил еще ранним утром. Каждый день был похож на предыдущий. Медитации, обход территории, беседы с парой солдат.
Сестры ночи держали обещание и не наведывались к дому. Местные животные не могли преодолеть защитный барьер и, как каждый день доносили Оби-Вану по коммуникатору, император не догадывался о местонахождении сенатора.
В который раз просмотрев сообщения от Бейла Органа, Оби-Ван пожелал всего хорошего Мире и отправился проверить посты.
Падме наблюдала из окна за покинувшим стены дома джедаем и провожала его взглядом, пока тот не скрылся в высоких кустах.
В голове снова всплыли его слова в тот день. Подумать только, прошел почти месяц, а она все еще не может покинуть стен этой комнаты, каждый миллиметр которой ей глубоко осточертел.
– Нужно выбираться. - пробормотала девушка и отвернулась от окна.
***
Оби-Ван ошеломленно уставился на девушку, сидящею на краю его кровати.
– Мне нужно с тобой поговорить. - с былой решимостью сказала Падме.
– Оно главное вовремя. - ответил джедай, снимая сапоги и вздрагивая от прикосновения холодного пола к коже ступней.
– Прости меня.
– Я не сержусь. Уже нет.
Оби-Ван прошел к шкафу и Падме встала.
– Ты должен понять меня. Мне просто нужно было пройти через это.
– Но все еще не кончено, верно?
– Мне нужно время.
– Конечно. - Кеноби повернулся к девушке спиной и снял привычную джедайскую форму. Натянув поверх вспотевшего тела какую-то старую футболку он опять повернулся к поздней гостье.
– Ты все же сердишься. Ну прости меня, Оби-Ван.
– Послушай, я понимаю, что тебе трудно, что тебе нужно время и так далее, но… мы ведь не чужие, мы ведь друзья. - мужчина шумно вздохнул. Друзья. - Ты, пожалуйста, помни об этом.
Падме кивнула и Оби-Ван обнял её, гладя по спине и успокаивая.
– Не оставляй меня, Оби-Ван.
– Не оставлю. Обещаю.
Девушка отстранилась и утерла слезы.
– Можно попросить тебя кое о чем?
– Что угодно.
– Мне страшно спать одной. Останься со мной. Ночью.
– Хорошо. - ответил джедай не успев подумать до конца, чего это ему будет стоять.
– Спасибо.
Они преодолели дверь и Оби-Ван, кинув беглый взгляд на мирно спящих близнецов, спросил:
– Дать тебе минутку?
– Да, пожалуйста.
Мужчина кивнул, и пока Падме ушла в ванную переодеться посмотрел на маленького Люка. Мальчик был так похож на его падавана… Он вдруг понял чувства, которые испытывает Падме смотря на малышей изо дня в день. Почему-то именно сейчас он понял, как сложно смотреть на них и не видеть его. Как сложно не видеть того, кто причинил столько боли в их чистых глазах.
– Я всё. - прозвучал за спиной голос сенатора и Кеноби вздрогнул.
Падме была в обычной пижаме, немного мешковатой, но все-же Оби-Ван едва подавил приступ желания и мысленно обозвал себя самыми гнусными словами за то, что согласился на это.
Девушка легла на широкую кровать и Оби-Ван улегся рядом. Падме тут же придвинулась ближе и положила голову на грудь мужчине, слушая как бьется его сердце.
Оправдывая себя тем, что так им обоим будет удобней, Кеноби приобнял девушку за талию, даже через ткань чувствуя тепло её тела.
Спустя несколько минут сенатор уснула, время от времени тихо посапывая и заставляя Оби-Вана улыбаться.
– Я люблю тебя, Эни. - пробормотала девушка в полудреме, сжимая тонкую ткань футболки.
Оби-Ван закусил губу, чтобы не закричать и крепко сжал простынь, игнорируя металлический привкус во рту.
Ты любишь его, хоть говоришь, что ненавидишь. Его, но не меня. Меня ты никогда не полюбишь.
Комментарий к Глава 3
Прошу прощения за скромный размер главы. Дальше главы будут куда больше))
========== Глава 4 ==========
Люблю дождь, но не люблю зонты, они прячут небо.