– Завершающий штрих, – объявила она, когда мы обе уже оделись, накрасились и были совершенно готовы идти.
С этими словами Слоан откинула ковер и нажала на свободно ходящую досточку паркета под ним. Я уже видела, как она открывала этот тайник, где хранились ее самые ценные вещи, которые Слоан боялась потерять: в ее доме мелочи часто терялись. Из тайника Слоан извлекла крохотный пузырек парфюма и слегка надушила шею и запястья.
– Милли бы вылила на себя весь пузырек, а эти духи стоят недешево, – фыркнула она, протягивая флакончик мне. – Это подарок от моей тетушки.
Наконец флакончик духов вернулся обратно в тайник, Слоан прикрыла его ковром, улыбнулась и сказала то, что обычно говорила перед очередной авантюрой:
– Ну, пусть это будет лучший вечер в нашей жизни.
Воспоминания нахлынули на меня, пока я душилась перед зеркалом. Потом я закрыла флакончик и посмотрела на свое отражение. Платье с открытой спиной было таким же роскошным, как и в первый раз, когда я увидела его в магазине, но теперь я не была уверена, что оно мне нравится. Мне хотелось, чтобы Фрэнк увидел меня в этом наряде, и одновременно хотела этого избежать.
– Ну ладно, – сказала я своему отражению, распрямляя плечи и играя роль Слоан. – Пусть это будет лучший вечер в моей жизни.
Я осторожно спустилась по ступеням, придерживая подол платья, и громко попрощалась с родителями. Я им заранее рассказала про раут, и мама даже предложила мне свою вышитую сумочку, которую я уже заимствовала у нее на свадьбу. Но я все равно ее поблагодарила, решив, что ей необязательно об этом знать.
Уже у машины я вспомнила, что до сих пор не знаю адреса. Вытащив телефон, проверила сообщения – Фрэнк написал мне, как и обещал.
Рэндольф-фармс авеню, 21. До скорой встречи!
Я недоуменно посмотрела на сообщение, проверила свои входящие, ожидая, что Фрэнк напишет, что это розыгрыш или что он перепутал адрес. Но больше никаких сообщений не было. Это означало, что торжественный прием состоится в доме Слоан.
Апрель. Три месяца назад
– Еще одну серию? – Слоан вопросительно подняла бровь.
Несмотря на то что глаза у меня уже начинали болеть, я немедленно кивнула.
– Конечно!
Уже пять часов мы провели в мире сериала, на который вначале не обращали внимания, но сегодня вечером неожиданно начали его смотреть, сперва просто для смеха, а потом не на шутку увлеклись. Я ночевала у Слоан, что всегда было куда веселее, чем ночевать у меня. У нас дома рядом постоянно была мама, которая заглядывала к нам в спальню, чтобы узнать, не нужно ли чего, проверяла, чем мы заняты. А у Слоан родители часто отсутствовали. Вот и сегодня Милли и Андерсон куда-то уехали то ли на ночь, то ли на весь уик-энд, Слоан точно не знала. Поэтому она была в доме за хозяйку, приносила нам в винных бокалах коктейли из диетколы с лимоном и готовила на кухне ужин.
– Это мое фирменное блюдо, – сообщила она, пробуя что-то из кастрюльки на плите. Потом поморщилась и добавила еще перца. – В буквальном смысле этого слова. Это единственное, что я умею готовить, – пенне с соусом арабьята. Только у нас нет пенне, так что будут спагетти арабьята.
– Где ты научилась это готовить? – спросила я, опираясь на кухонный стол и отпивая диетколу.
Я подумала, что нужно бы предложить помощь, но потом решила, что это будет лишним, и не стала вмешиваться.
Слоан взглянула на лист бумаги, на котором делала записи, и вытащила карандаш из прически, отчего волосы, собранные в пучок, свободно рассыпались по плечам. Она откинула их на спину и что-то записала на листе, после чего снова собрала волосы и закрепила их карандашом.
– Арабьяту? Меня тетя научила. Я сфотографировала ее рецепт, но никуда не записала. А теперь я не могу найти снимок, так что просто пытаюсь вспомнить порядок действий… – Она помешала что-то, кипевшее в сотейнике. – Так что не удивляйся, если получится сущий ужас, – если что, я тебя предупреждала, – закончила она без особого волнения в голосе.
Но в результате паста оказалась очень вкусной, и мы съели ее в студии Андерсона, развалившись прямо с тарелками в руках на кожаных кушетках и все глубже погружаясь в приключения Уиллы, героини сериала, которая работала в ветклинике и умела общаться с подшефными животными и использовать их знания, чтобы раскрывать преступления.