– Я должна… – я отступила к двери.
– Иди, конечно, дорогая, – Милли туманно улыбнулась мне. Она не потребовала поставить обратно бутылку, так что я прихватила ее с собой. – Рада тебя видеть у нас в гостях.
– Спасибо, – вымученно улыбнулась я.
Не знаю почему, но мне казалось, что она опять забыла мое имя. Я, не оглядываясь, направилась в библиотеку и села рядом со Слоан на кушетку.
– Наконец-то, – она забрала у меня вино и налила нам обеим в бокалы. – Я уже думала, ты заблудилась.
Я едва не сказала Слоан о встрече на кухне, но потом подумала, что понятия не имею, давно ли вернулись родители. Меня удивил сам факт того, что они не зашли поздороваться с дочерью. Неожиданно я заскучала по своей маме, ее постоянным вмешательствам в мои дела, по ее присутствию, на которое – я знала – всегда могу рассчитывать.
– Просто я сейчас медленно хожу, – я взяла пульт и нажала на кнопку запуска. – Съела слишком много пасты. Ну что, готова?
Слоан хлопнула в ладоши и улыбнулась.
– Как всегда!
14
Укради что-нибудь
Стоя возле стены в комнате, которая раньше была гостиной семьи Слоан, и сжимая в руках стакан минералки, врученный мне проходившим мимо официантом, я мелкими глотками попивала воду, надеясь, что ее холод меня разбудит и я наконец начну понимать, что происходит. Я ощущала себя героиней одной из экспериментальных пьес моих родителей, сюжет которой строится таким образом, чтобы вы потеряли всякое понимание происходящего.
Гостиная была такой, какой я ее помнила: мебель, ковры, подсвеченные картины, полки с книгами в кожаных переплетах – все оставалось на своих местах. Но это казалось мне бессмысленным. Почему Уильямсы оставили все свои вещи? На мгновение я задумалась: а не собираются ли они вернуться назад? Но так и не смогла себя в этом убедить, поэтому логичным казалось только одно объяснение: Уильямсы оставили вещи, потому что они им не принадлежали.
Дом был заполнен людьми возраста моих родителей, все пришли в смокингах и вечерних платьях. Между гостей сновали официанты с подносами. Фрэнк помахал мне из другого конца гостиной, когда я вошла, но все его внимание было обращено на родительских друзей. Меня это устраивало, потому что я до сих пор не решила, что ему сказать и как с ним теперь общаться. Родители Фрэнка стояли в центре зала и делали вид, что между ними все в порядке. Только очень наблюдательный гость мог заметить, как они старательно избегают друг друга.
Я оглядела знакомую комнату, которую не думала еще когда-либо увидеть, – впрочем, она выглядела теперь по-другому. Находиться в доме Слоан в ее отсутствие было тяжело. Я разгрызла кубик льда из минералки, и зубы заныли от холода.
Все это время я так по ней скучала… Или нет?
Потряхивая стакан, чтобы услышать звон ледяных кубиков, я поняла, что в последнее время вовсе не скучала. Даже список как будто стал иметь меньше отношения к Слоан и больше – ко мне самой. А еще к Фрэнку, Донне и Коллинзу. Я не знала, что это значит, и не была уверена, что хочу знать. Я снова отпила водички, гадая, как долго мне придется тут оставаться. Пребывание в доме Слоан тревожило меня, заставляя думать о вещах, мыслей о которых я старательно избегала. Мне хотелось поскорее попасть домой и оставаться там, пока жизнь не обретет прежний смысл.
Среди гостей мелькнул Коллинз, и я помахала ему. Он встретился со мной глазами, быстро отвел взгляд, но все же начал со вздохом пробираться ко мне сквозь толпу, засунув руки в карманы брюк. Ради торжества он приоделся: на нем был коричневый галстук-бабочка, подходящий по цвету широкий пояс и нагрудный платок в тон.
– Какой ты сегодня нарядный, – заметила я, когда он приблизился.
– Спасибо, – коротко отозвался он, глядя на меня с легким прищуром. – Красивое платье.
Судя по его тону, это был вовсе не комплимент. Несмотря на то что в доме было сильно натоплено и довольно душно из-за большого количества народу, я вдруг почувствовала пробежавший по спине холодок. Мне вспомнилось, каким взглядом посмотрел на меня Коллинз, когда я вылезала из палатки Фрэнка.
Как будто поймав мою мысль, Фрэнк оглянулся на нас с Коллинзом и одними губами произнес: «Извините, я сейчас».
– Знаешь что, – я набрала в грудь воздуха и решила идти напролом. – Я хотела тебе сказать про то утро, когда ты меня видел в палатке с Фрэнком. Ничего такого у нас не было. Просто я забыла подушку.
– Я и не думал, что было что-нибудь такое, – без всякого выражения сказал Коллинз.
– А, – я была в замешательстве, полагая, что разговор у нас будет несколько длиннее. – Я просто на всякий случай, чтобы ты не думал обо мне… всякое.