Я проснулась затемно и свесила руку с раскладушки, чтобы достать телефон и посмотреть на часы, заслонив экран ладонью и стараясь не разбудить Слоан, которая сладко спала – я это слышала по ее медленному, ровному дыханию. Было 5.30 утра. Я сама не поняла, почему проснулась так рано, ведь мы со Слоан проболтали допоздна.
У нас было так много тем для разговора! Когда одна из нас прерывалась и говорила, что пора бы уже спать, неожиданно вспоминалось еще что-нибудь, требовавшее немедленного обсуждения. За несколько часов мы пытались наверстать три месяца разлуки и, казалось, боремся с рассветом, отодвигая его как можно дальше, будто, если мы не уснем, он никогда не наступит.
Но паузы между репликами становились все длиннее, пока наконец разговор сам собой не затих, и я уплыла в сон, согретая знанием, что, если я вспомню что-нибудь еще важное, Слоан никуда не денется и выслушает меня.
Но сейчас, когда я поднялась с кровати, мне не хотелось ее будить, поэтому я тихо вышла на террасу – было еще темно, но звезды постепенно гасли, уступая место рассвету.
Я огляделась и заметила свой список, придавленный одним из подсвечников, подобрала его, думая положить обратно в сумочку и забрать на память, но тут у меня возникла идея. Я нашла в сумочке ручку и листок с расписанием моих смен в «Райском мороженом» на следующую неделю. Перевернув листок чистой стороной вверх, я зажгла одну из свечек, чтобы почерк был разборчивее, и начала писать.
1. Звони своей лучшей подруге 2 раза в неделю.
2. Когда твой телефон звонит, отвечай.
3. Если встретишь парня, который тебе понравится, подожди две недели, прежде чем поцеловать его.
3а. Ладно, хватит и одной недели.
4. Встречайся только с парнями, которые не уезжают раньше, чем убедятся, что ты вошла в дом, до которого тебя подвезли.
5. Если злишься на кого-то, скажи ему об этом. Я обещаю: ничего плохого не случится.
6. Получи водительские права (тогда ты сможешь подвезти меня в следующий раз, когда я приеду тебя навестить).
7. Обними какого-нибудь Карла.
Я писала и писала, заполняя лист строчками, желая сделать для Слоан то, что она сделала для меня. Закончив, я добавила внизу еще одну строчку:
Когда выполнишь все пункты, найди меня и подробно расскажи об этом.
Я услышала позади шорох и обернулась. Это Слоан проснулась и вышла ко мне в своей шелковой розовой пижаме, которую мы когда-то покупали вместе. Она пересекла террасу и села рядом со мной на верхнюю ступеньку.
– Привет, – зевая, поздоровалась она. – Я проснулась, смотрю – а тебя нет.
– Ага, так бывает, – согласилась я, подняв брови. – Правда же, ужасные ощущения?
Слоан засмеялась, поняв меня правильно, и взглянула на лист бумаги в моей руке.
– Что это?
– Это тебе, – я протянула ей список. Она развернула его и начала читать. Я смотрела, как по ходу чтения меняется ее лицо. – Я просто подумала, что тебе нужно с чего-то начать. Коль скоро я выполнила все твои задания…
Слоан улыбнулась и толкнула меня плечом – но так и не отодвинулась и осталась сидеть, прислонившись ко мне.
– Тебе, наверно, скоро ехать? – грустно спросила она через некоторое время.
– Скоро, – согласилась я.
Но тоже не двинулась с места, хотя над ручьем уже появилась первая рассветная полоса: наступал день.
В 7.30 мы с Фрэнком были готовы к отъезду. Я приняла душ и надела одно из платьев Слоан – она настояла, чтобы я забрала его насовсем, коль скоро она присвоила футболку с «Большим Джусом». Выйдя из душа, я увидела, что Фрэнк и Слоан беседуют. Увидев меня, они сразу замолчали. Мне это показалось подозрительным, учитывая тот факт, что, когда я вопросительно глянула на Слоан, она мне подмигнула.
Фрэнк был в футболке с надписью «Главный Хилтонский турнир по гольфу», что меня смутило, но я быстро поняла, что это, должно быть, одна из футболок Андерсона, которую выдала Фрэнку Слоан. Фрэнк попрощался с моей подругой и пошел к своему пикапу, тактично давая нам возможность поговорить наедине перед расставанием.
– Ну что, – спросила Слоан, когда мы стояли рядом на крыльце, – созвонимся вечером?
Я кивнула. Это была одна из наших договоренностей, которые мы обсуждали ночью, – созваниваться как минимум дважды в неделю. Ни у меня, ни у нее больше не было права пропадать бесследно.
– Позвоню, как только доберусь до дома, – обещала я.
– Не могу поверить, что ты меня нашла, – сказала подруга. Губы ее дрожали, как, впрочем, и мои. – Я так…
Она не договорила, но я поняла ее без слов.