– Эмили, – окликнул меня Фрэнк, и я поняла, что он уже прошел весь нижний этаж и ждет меня у стеклянных дверей, которые выходили на песчаный пляж и водную гладь.
– Иду, – я оторвалась от созерцания декора, прекрасно понимая, сколько всего я еще просто не успела разглядеть.
Фрэнк открыл дверь, и мы ступили на широкую деревянную террасу, выходящую к воде. На пляж вели четыре ступеньки.
Единственный день в году, когда я бывала на пляже ночью, – День независимости с его фейерверками. Но тогда там находилось столько народа, что яблоку негде было упасть. А сейчас освещенный луной пляж был совершенно пуст, и я поняла, что он весь принадлежит нам с Фрэнком.
Вслед за ним я спустилась по ступенькам и пошла по песку, в первую же секунду скинув шлепанцы, чтобы почувствовать песчинки босыми ногами. Фрэнк сделал то же самое – стащил кроссовки и аккуратно поставил их на доски террасы.
Я подошла ближе к воде, где песок был мельче и нежнее, тем не менее оставаясь сухим. В ночном пляже есть что-то особенное. Здесь так тихо! Никто не кричит, не играет во фрисби, не врубает свою музыку… И, наверное, именно поэтому – хотя у нас и не бывает больших волн – становится таким громким плеск воды. А еще светила луна. Огромная, сияющая в небе, полном звезд, которые отражались в поверхности воды.
Осмотрев все это великолепие, я решила, что пора отправляться домой. Но когда я развернулась, чтобы уйти, то увидела, что Фрэнк сидит на песке, вытянув ноги, и смотрит на воду. Помедлив секунду, я опустилась на песок рядом с ним, подтянув колени и обхватив их руками.
– Отличный у тебя задний дворик, – сказала я, и Фрэнк улыбнулся.
– Ну да, я стараюсь бывать здесь, пока можно.
Он пересыпал песок из руки в руку. Я понимала, что он еще не все сказал, и поэтому молча ждала, когда он снова заговорит, стараясь быть столь же терпеливой с ним, как он был со мной.
– Мои родители собираются развестись, – сообщил Фрэнк наконец, стряхивая остатки песка. Плечи его слегка сгорбились. – Ну, ты сама кое-что видела тогда утром. И все это сложно и очень неприятно.
Я перевела дыхание. Что-то в этом роде я и предполагала, учитывая ссору, свидетельницей которой внезапно стала…
– Сочувствую, Фрэнк.
Он кивнул и повернулся ко мне, и мне на миг показалось, что я увидела лицо настоящего Фрэнка Портера, без маски, на которой застыла вечная улыбка.
– Спасибо, – он невесело засмеялся. – Они работают вместе, так что пока ничего не афишируют, чтобы не потерять проекты. Но при этом у них проблемы с разделом имущества, так что им нельзя бывать в доме одновременно без присутствия их адвокатов.
Губы Фрэнка грустно скривились, и, хотя он старался говорить беззаботно, было заметно, как все это его достало.
– А кто же тогда живет тут с тобой? – спросила я, придвигаясь ближе.
Я пока еще ничего не понимала.
– Ну, родители заняты своими проектами, – ответил он. – Им удобнее жить рядом с местом работы.
Я кивнула, глядя на песок и разглаживая его ладонью. Даже когда мои родители не обращали внимания на нас с Беккетом, они все равно были рядом… И я всегда знала, что, если они мне действительно понадобятся, я просто войду в студию и вытащу маму с папой из их маленького писательского мирка…
– В общем, по всем этим причинам я провожу лето в городе. Обычно уезжал в Принстон, на студенческую программу. И в этом году собирался, но родители не смогли договориться, кто из них будет за это платить, так что… – Он пожал плечами и попробовал улыбнуться.
Я решилась задать ему вопрос, который никогда не задала бы при свете.
– А твоя… я имею в виду Лиссу – она в Принстоне сейчас?
Именно об этом я размышляла, когда Фрэнк еще в машине сказал, что никак не может с ней связаться. Просто вспомнила, что никогда еще не видела Фрэнка летом в одиночестве, без его девушки.
Фрэнк кивнул.
– Да, она уехала. Мы решили, что не стоит ей пропускать курс только потому, что я не могу поехать.
Я ждала продолжения, но Фрэнк просто смотрел на воду. Наконец он заговорил, стараясь, чтобы голос звучал приподнято.
– К тому же Коллинз нашел мне работу в «Экстрим-клубе», и это мне помогает. Конечно, это лето получилось вовсе не летом моей мечты… Но все же оно складывается лучше, чем я предполагал.
Тут он улыбнулся – слабой, но неподдельной улыбкой.
– Я имею в виду, например, как сегодня вечером спас кое-кого от ареста.
Я улыбнулась.
– Кстати, да, спасибо тебе.
– Да ладно, делов-то, – отмахнулся он.
– Твое предложение все еще в силе? – я сама не ожидала, что задам такой вопрос. – Помочь мне со списком?