— Преувеличиваешь! — рассмеялся Невио. — Гляди, вся голова седая, — сказал он, снимая бейсболку.
— Полагаю, ты красишься, чтобы выглядеть взрослее, — пошутил Чиро, не сводя с друга немного завистливого взгляда.
Увы, Невио не мог ему сделать ответный комплимент, а врать он не любил. Потому он обернулся и произнес гордо:
— Это мой сын!
— Джермано, — протянул тот руку для пожатия.
— А вот ты изменился! Я-то помню тебя совсем маленьким! — горячо пожал руку Чиро молодому человеку. — А теперь ты уже настоящий мужчина! Даже борода вон какая чернющая! И чем-то напоминаешь своего отца в студенческие годы.
— Ну, как-никак это все-таки мой сын, — вставил Невио. — А где твое сокровище?
Только в тот момент Чиро обнаружил, что рядом никого нет. Нервно оглянувшись, он заметил вдалеке свою дочь, пристально смотрящую в их сторону.
— Вон она! — с явным облегчением произнес Чиро. — Николь, иди сюда! Что ты там стоишь? — позвал он дочь.
Невио и Джермано перевели на нее любопытные взгляды. Оба ожидали увидеть скромную девушку, возможно, тоже носящую что-нибудь в ретро-стиле. Ведь Чиро всегда рассказывал, что ее воспитывали в атмосфере строгости и хороших манер. Такая леди могла бы перенять стиль одежды своих родителей и стесняться незнакомых людей. Но вместо этого они увидели вполне обычную девушку, одетую по последнему писку моды: облегающая футболка с глубоким вырезом на грани приличия, короткие обтягивающие шорты, босоножки на каблуке. Длинные каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам, пружинящая женственная походка и смелый взгляд дополняли образ, делая ее куда взрослее семнадцати лет. Видимо, выглядеть старше было их семейной чертой.
— Чао, — улыбнулся Невио, когда она приблизилась к ним. — Я Невио, давний друг твоего отца.
— Николь, — пожала она ему руку, и на лице наконец появилось некое смущение.
— Это мой сын, Джермано, — представил он сына.
Девушка на несколько мгновений задержала свой взор на Джермано. Потом одарила его легкой улыбкой, а Джермано отчего-то ощутил необъяснимую неприязнь в отношении этой отнюдь нескромной красотки.
Затем все четверо двинулись к выходу из здания аэропорта. Папы обменивались новостями, без умолку болтая, а молодые люди молчали. Когда они сели в машину и тронулись в путь, ситуация ничуть не изменилась. Николь бросила пару незаинтересованных взглядов на Джермано, сидящего на переднем сиденье. Взглядов, которые она бросила на Невио через зеркало заднего вида, были десятки. Она старалась поймать его взор, но ей это не удавалось. Он всегда смотрел только на дорогу, и то очень рассеянно и мимолетно, будучи поглощенным разговором с Чиро.
Глава 4
Николь заняла комнату на первом этаже, ту самую, в которой провела предыдущую ночь Федерика. Втащив свои вещи, она схватила телефон и растянулась на кровати. Ее уже ждало сообщение от лучшей подруги:
«И как он? Красивый?»
«Да, симпатичный», — ответила Николь. Смартфон тут же зазвонил в ее руках, словно подруга только и ждала момента, когда можно будет поговорить.
— Ну, рассказывай, Ники, какой он? Жгучий экспрессивный итальянец?
— Нет, он вполне спокойный, — засмеялась Николь. — Темненький, загорелый, спортивный… В общем, весьма милый, — добавила она равнодушно.
— Что-то я не слышу никакого энтузиазма! — удивилась подруга. — Он что, не в твоем вкусе?
— Да нет, почему? — пожала Николь плечами. — Просто он не такой притягательный на фоне своего отца.
— Отца?! — в ступоре переспросила подруга. — При чем тут отец?
— У него такой потрясающий отец, ты не представляешь… — мечтательно сказала Николь.
— Но он же старый! — еще больше недоумения послышалось в голосе подруги.
— Нет, он молодой и красивый…
— Но подожди, сколько ему лет?
— Сорок два. Он чуть младше моего, но выглядит лет на тридцать.
— Я не понимаю, ты что, решила закрутить с его отцом? — совсем растерялась подруга. А потом добавила, поскольку Николь издала какой-то нечленораздельный звук: — Но ведь он женат…
— Нет, он разведен, — торжествующе улыбнулась Николь.
— Ты сошла с ума, Ники! Он более чем в два раза старше тебя! — пыталась подруга вразумить ее. — О чем ты вообще думаешь?!
— Не знаю, Глория, но он такой красивый… — с горящими глазами произнесла Николь. — Я только подумаю о нем, как меня дрожь охватывает… Хотела бы я иметь с ним страстную историю любви…