— Не могу поверить своим ушам… Итальянский воздух плохо на тебя влияет, подружка, — скептически заметила Глория. — А он… Как он к тебе относится?
— Он смотрит на меня с нежностью. У него такие глаза, я просто теряюсь в них… Пока мы ехали в машине, он бросал на меня взгляды в зеркало заднего вида, у меня душа в пятки уходила от его взглядов…
Невио виртуозно переворачивал на сковороде шипящие кусочки мяса, рассказывая Чиро о своей деятельности, а Джермано расставлял на столе на веранде посуду. Чиро с интересом разглядывал коллекцию керамики, когда в гостиную вошла его дочь. Она равнодушно осмотрела комнату и воззрилась на Невио томным взглядом. Он подарил ей теплую отеческую улыбку и пригласил гостей к столу.
— Tesoro[1], послезавтра мы едем к твоим дяде и тете, там будет еще целая толпа родственников, которых ты, наверное, совсем не помнишь, ты рада? — спросил Чиро, накладывая себе в тарелку салат.
Николь скорчила презрительную гримасу и буркнула в ответ нечто невразумительное.
— В таком возрасте куда интереснее сходить с Джермано на дискотеку, нежели сидеть за столом с родственниками и обсуждать политику, — рассмеялся Невио.
— Вот именно! — пылко согласилась Николь.
— Да что там делать на нынешних дискотеках, — неприязненно сказал Чиро. — Трястись под жалкое подобие музыки?
— Почему под жалкое подобие? — спокойно возразил Джермано. — У нас на дискотеках включают самую разную музыку, а под испанские мелодии все танцуют весьма красиво и слажено.
— Может, у вас тут, конечно, все по-другому, а у нас в Англии дискотеки ужасны, и Николь на них не ходит, — снисходительно посмотрел Чиро на молодого человека, а Николь возвела глаза к небу. — Tesoro, подставляй тарелку, я наложу тебе этот изумительный салат, — с улыбкой произнес Чиро.
— Я не люблю шпинат, — отозвалась Николь.
— Ты в гостях, Ники! Прекрати капризничать, как маленькая! — одернул ее отец. — И возьми еще вот эту pancetta[2].
— Папа, я сама возьму все, что захочу! — раздраженно воскликнула Николь.
— Давай, я положу тебе, — подцепил Чиро несколько тонко нарезанных кусочков с настойчивым намерением накормить ими дочь.
— Я сказала, что не хочу! — окончательно рассердилась Николь, закрывая рукой тарелку.
— Чиро, оставь девушку в покое! — дружелюбно вмешался Невио. — Она ведь не маленький ребенок, вполне может позаботиться о себе.
Николь бросила на него благодарный взгляд и взяла из миски сочный румяный персик.
— Спасибо за понимание, — обворожительно улыбнулась она.
— Она совершенно неспособна о себе позаботиться! — недовольно проворчал Чиро, обескураженно ставя обратно тарелку с закуской. — Если не следить за ней, она будет питаться одними фруктами и шоколадками, а ей необходимо мясо!
Джермано аж жевать перестал, в изумлении уставившись на Чиро.
— А что, если она вегетарианка? — спросил он.
— Вегетарианка?! — почти взвизгнул Чиро. — Я не допущу всех этих новомодных молодежных выкрутасов! — решительно заявил он.
— Вегетарианства придерживаются люди самых разных возрастов, причем, столетиями, — спокойно возразил Джермано.
— Ты тоже? — растерялся Чиро от смелости молодого человека.
— Как видите, нет, — кивнул Джермано на свою тарелку, полную кусочков мяса. — Я только хотел сказать, что вегетарианство — это не веяние моды, и каждый сам выбирает, придерживаться такого питания или нет.
— Неужели твой отец позволил бы тебе придерживаться его? — сердито посмотрел на него Чиро. — Не думаю. Вот и я не позволю.
— Зря ты так полагаешь, Чиро, — усмехнулся Невио. — Если бы Джермано выбрал для себя этот путь, это его право.
— А мой отец привык все решать за меня, — с сарказмом вставила Николь, глядя на Невио. — Что мне есть, подо что танцевать…
— Николь! — гневно вскричал Чиро.
— Ou, Чиро! — оборвал его Невио, видя, как у друга лицо перекосилось от злости. — Ты слишком напряжен, расслабься! И позволь твоей дочери поесть вволю персиков, они изумительные, — улыбнулся он.
— Если ей это позволить, она так и будет поедать одни персики! А ты только посмотри, какая она тощая!
— Вовсе она не тощая, — возразил Невио, придирчиво оглядев Николь. — Вполне стройная фигурка…
Николь готова была броситься ему на шею и расцеловать. Особенно за комплимент фигурке.
— Спасибо, Невио! Уговори еще моего отца отпустить меня с Джермано на дискотеку, — сказала она, многозначительно посмотрев на Невио.
— Николь! — взвился отец. — Как ты смеешь обращаться к моему другу на «ты»?!