Оставшуюся часть пути она искала в себе силы порвать с ним, но не находила. Было две мысли, которые она повторяла, чтобы укрепиться в этом решении. Первая – он все ровно меня бросит, а вторая – я его недостойна.
Когда Леля вышла на своей остановке, лицо ее выражало губительную пустоту, а сердце тем временем поливалось кровью. Она прошла сквозь ворота колледжа с мыслями о том, что весь сегодняшний день снова пролежит в слезах и что, возможно, не выдержит этой боли и умрет. Но ведь это не будет считаться за самоубийство?
Она была не первой из своей группы, кто уже пришел. Ангелина помахала ей из толпы и Леля встала рядом с ней, устремив глаза на крыльцо, на котором собирались преподаватели и стояла стойка с микрофоном. Очень скоро их ждала пятиминутная речь с напутствием и пожелания хорошего учебного года, а потом все разошлись по своим кабинетам, где их куратор Виктория Викторовна, преподававшая обществознание, рассказала о предметах на грядущие два семестра и том, что со второго полугодия они уходят на практику.
Леля впервые подумала, что профессия продавца, на которую она училась была противна ей. Зачем вообще учиться на продавца? Что за глупость. Первый год учебы почти не отличался от школы, предметы были все те же, добавилась только парочка профильных, а теперь почти все из них были посвящены науке продавать. Виктория Викторовна говорила, что начиная с третьего семестра они начнут посещать разные магазины, торговые точки и набираться опыта. Поэтому в этом году было необходимо купить специальную форму продавца, а еще пройди медосмотр и получить допуск к работе, чтобы можно было выйти на практику. Эту новость Леля приняла с еще большим недовольством. Денег и так было кровь из носа мало. Хорошо хоть летом приходила стипендия. Проверяя карту она обнаружила на ней несколько тысяч рублей, но с этими тратами их могло и не хватить, а ведь ей нужно на что-то питаться, добираться до колледжа.
Проклятье…
Зато к ней вроде бы никто не проявлял лишнего интереса. Когда опоздавшая Виолетта вошла в кабинет, Леля резко отвернулась к окну, чтобы не встречаться с ней глазами и не видеть того, какая она красивая. На самом деле, очень больно было думать, что Андрей был с ней. Что она касалась его и что у него был шанс остаться с ней, выбрать ее. Девушку, которая гораздо лучше, чем она. Которая больше ему подходит.
Он сказал, что оттолкнул ее, накричал и ушел. Но так ли это на самом деле?
Лелю стала грызть ревность, но было в ее душе чувство гораздо сильнее этого. Чувство, которое она не сможет долго носить в себе, не свернувшись пополам, и которое в данный момент главенствовало и доминировало над всеми остальными. Это была страшная боль утраты, которою она только собиралась прочувствовать, оттолкнув его. Или отпустив. Как тут правильно? В зависимости от того, как он отреагирует. Возможно, он только обрадуется этой новости и скажет, что и сам давно хотел предложить ей расстаться, но не знал, как сказать и жалел ее. Да, скажет, что ему просто было ее жать. Как Стасу, который снизошел до того, чтобы ее обнять. В любом случае, ей будет больнее, чем ему. Потому, что его мир не пошатнется после ее ухода, а вот ее без того шаткий мирок может развалиться и ее задавит его обломками.
После того, как всех отпустили домой, Леля вместе с остальными подошла к расписанию, чтобы его сфотографировать. Но на самом деле ей было на него плевать. Плевать на учебу, плевать на все. Она даже не знала сможет ли завтра подняться со своего матраса после того, как попрощается с Андреем, когда вырвет из своей груди сердце и ляжет умирать.
«Жаль мне это говорить, но лучше бы его не было в моей жизни. Я благодарна ему за все. За то, что он просто есть. За то, что его глаза стали самыми светлыми в моей жизни. Но лучше бы он не научил меня плакать, не внес в мою жизнь тепло, разучив терпеть холод. Не показал тот радужный беспечный мир, из которого мне пришлось вернуться в темный мрачный сундук»
Ее руки немного дрожали, когда она спускалась с крыльца, пришлось сжать их в кулаки. По ступенькам лежали опавшие выгоревшие на солнце иголки с хвойных деревьев. Солнце спряталось за тучами, но Леля шла, опустив глаза вниз, как будто ей сильно слепило.
«Дождя сегодня не должно быть – думала она – Потому что он не бросит меня. Его брожу я»