Недавно пришла стипендия. Можно было сходить в магазин, купить себе нормальной еды помимо чёрствого позавчерашнего хлеба, но Леля планировала откладывать себе на новый телефон. На этом на весь экран поползла широкая трещина и он стал плохо работать, клавиши заедали и не всегда получалось запустить приложение. На самом деле очень странное чувство что-то планировать, когда буквально две недели назад ты в серьез собиралась покончить с собой. Но в который это раз? На самом деле только в четвёртый и все четыре раза за минувший год.
Впервые это случилось на похоронах бабушки, как раз перед ее шестнадцатилетнем. То утро особенно странно для нее началось из-за приснившегося сна. Она видела его не в первый раз, но в этот все было по-другому.
Сейчас до жути странно вспоминать какой глупой и наивной она была словно с тех пор прошел не год, а десять. Но на самом деле, чтобы повзрослеть и распрощаться с детскими иллюзиями ей хватило одного дня.
В те времена она почти не видела кошмаров. Ей снились сладкие детские сны. Сны, в которых она летала. Сны, в которых все было хорошо. Раньше Леля легко могла внушить себе, что сундук ей только приснился, что ее на самом деле тут нет и достаточно залезть с головой под одеяло, закрыть глаза, как ты уже возвращаешься в другую реальность. Именно эта жизнь казалась ей страшным сном. И вообще-то, несмотря ни на что, она любила свою мать, но ненавидела ее пьяный голос. Однако и это давно прошло. Теперь она не питала к ней никаких чувств кроме злости и отвращения.
Лели было тринадцать с половиной лет, когда он ей впервые приснился. Мальчик с размытыми очертаниями. Мальчик с другого мира. Он обещал ей, что когда она подрастет, он навсегда заберет ее от сюда и ей больше не придется возвращаться в «сундук». Во сне она чувствовала, что он наблюдает за ней, даже когда его не было видно, а проснувшись ей казалось, что он где-то рядом. Долгими вечерами она сидела у окна и ждала его. Ждала как снег в сентябре, зная, что еще слишком рано. Где-то в закоулках души Леля решила, что это случиться после того, как она окончит школу ближе к ее дню рождения. И за два дня до него он снова ей приснился.
Это был страшный пожар, в котором горел весь мир. Ее несло по черному небу знойным ветром, в котором было тяжело дышать. Она видела, как умирали люди, животные. Слышала, как кричали и плакали дети. А ее все несло над пылающими деревьями, над горами, охваченными пламенем. Несло пока она не услышала шум океана, а потом он позвал ее по имени. Голос обращался с ней не Алена, а Леля. Он сказал, что ждать осталось недолго и умолял потерпеть. Проснувшись в горящем поту словно и в самом деле летала над жарким огнем, она помнила его последние слова «только ничего с собой не сделай». Ей было невдомёк чего такого она может сделать, а когда сделала эти слова уже выветрились из ее головы… С тех пор она о них и не вспоминала.
Это было каким-то наваждением, просто дурацким сном, но она в него верила. Как верила всем сердцем, что небо можно попробовать на вкус. Мама не дала ей возможности собраться с мыслям, с самого утра дома была какая-то суета. Леля не понимала куда они собираются. Как оказалось, мамин брат звонил ей вчера весь день, чтобы сообщить о смерти их матери, но она была пьяная и не отвечала на звонок. А сегодня утром дозвонившись, он сообщил, что похороны уже завтра. Леля не испытывала ни грусти, ни скорби. Она никогда не видела свою бабушку и в тот момент, когда узнала о ее смерти не почувствовала никакой утраты. Ее грудь теснилась от других чувств.
Они собирались так быстро, словно поезд стоял под их окнами и дожидался лишь их одних. Мама курила одну сигарету за другой, крупные куски пепла падали на пол. На пироне она поругалась чуть ли ни со всеми пассажирами. Когда дошла их очередь подниматься в вагон, она стала толкать Лелю вперед, но ступеньки были слишком далеко друг от друга, и девочка упала, сильно разбив коленку. Алая кровь ручейком сбегала с ее ноги, однако никто не предлагал помощь, боясь задеть ее мать. Всю дорогу она оглядывалась по сторонам, жадно впивалась глазами на проносящиеся за окном картинки. Он должен быть где-то рядом. Скоро, очень скоро, он придет за ней и с прошлой жизнью будет покончено. Ей даже немного грустно было смотреть на мать, которую она собиралась покинуть. «Но в конце концов, ничего тут не поделаешь. Он уже давно решил меня украсть. А послезавтра мое шестнадцатилетие»
–Пошли, Аленка. – сказала мама, оторвав ее от своих мыслей, когда поезд остановился.