– Смотри, выжимаешь кнопку и переключаешь передачу. В этот раз я сделаю это за тебя, но в следующий будешь делать сама.
– Какой еще следующий раз? – стеклянные глаза выглядели совершенно равнодушно, хотя боялась она гораздо сильнее, чем на тех горках в парке.
– Не знаю, может и завтра сюда приедем.
– Нееет.
– Давай, Леля. Чувствуешь машина катится? Клади руки на руль и легонько выжимай газ.
Она надавила правой нагой на педаль, и машина заревело. Их резко бросило вперед.
– Тихо, тихо. Не так сильно!
– Извини…
– А ты не выглядишь напуганной.
–В самом деле?
– Да, Леля. Думаю у тебя быстро получится всему научится. А еще что-то мне подсказывает, что ты лихачка.
Так они приезжали каждый вечер и мало по малу у Лели начало получаться. В скором времени она поняла, что Андрей был прав. Прав во всем. Ей хотелось разогнаться, забыть о педали тормоза. Но с парковки он не решался разрешить ей выехать на дорогу, как бы сильно она не упрашивала. Вместо этого он начал учить ее параллельной парковке и заезду в «гараж» что было ужасно утомительно и сложно. Теперь со двора они уезжали под ее предводительством, а у знака «стопи дорогу» менялись местами.
– Можно, в принципе, поехать в район города, где почти нет движения на дорогах. Например, на КПП.
От одного названия Леля почувствовала отвращение. Лучше ей о нем не вспоминать.
– Можем даже ради прикола постоять под нашим фонарем.
– Это еще зачем?
Ей не хотелось туда возвращаться ни на секунду ни телом, ни мыслями. Вот зачем он ей напомнил о том месте? Месте, в которое ей рано или поздно придется возвращаться…
– Да я шучу, Леля. Но если ты хочешь, как следует покататься по дороге, то нужно ехать именно туда. Поучишься разворачиваться на перекрестках.
Она не стала объяснять причину своего отказа, но желание водить машину резко отпало само-собой. А до конца июля затянулись сильные дожди, и Андрей все ровно не решился бы посадить ее за руль при такой погоде. Солнце стало исключительной роскошью и Леля разлюбила смотреть в окно, как бы сильно не была влюблена в вид из него. Пока Андрей читал в своей комнате она пялилась в телевизор. За это время они всего дважды выходили из дома и то только потому, что Андрею позвонил отец и попросил подвести в офис какие-то документы из его кабинета. В следующий раз за продуктами он поехал один. Тусклый и мрачный город наводил на нее чувство тоски и Леля предпочла остаться дома. Иногда она приходила и ложилась рядом с ним, а Андрей подолгу ее не замечал, но когда дочитывал главу и находил ее свернувшейся калачиком рядом с ним, то всегда убирал книгу в сторону и заключал ее в свои объятия. Они лежали в обнимку и разговаривали о разных пустяках. Ее это успокаивало. Гораздо приятнее, чем слушать возвышенные мысли о Книге судеб и тому подобное. Иногда он рассказывал ей сказки. Некоторые придумывал сам прямо на ходу и когда он так делал Леля никогда не позволяла ему закончить, всегда прерывала и придумывала свой конец. Она боялась, что по его версии может случится не так, как бы ей хотелось, но чаще всего Андрей смеялся и говорил, что именно так он и планировал закончить свою историю.
Первого августа она проснулась в шестом часу утра от страшного кошмара. Первого за все это время. Осознание того, что прошло больше месяца душило ее и не давало вздохнуть. Она открыла окно и воздух показался прохладным, почти осенним. Никогда еще приближении осени не причиняло ей такую душевную боль и тягость. Андрей спал и на лице его читалась безмятежность. Ресницы подрагивали. Ему что-то снилось и Леля не захотела его будить, как бы сильно не нуждалась в этот момент в его поддержки. При этом она подумала, что есть много вещей, о которых он не знает и знать не должен. А ее страх был одним из этих вещей.
Она пошла на кухню и скорее по привычке, чем от желания запарила в чайнике первый попавшийся под руку чай. По чистой случайности он оказался белым с жасмином –его любимый. И Леля позавидовала этому чаю. Скорее всего его он будет любить всегда, а вот ее. Она сомневалась…
«Я девочка, которая спит за шкафом, по мне ночью бегают тараканы. Как меня вообще можно любить?»
Конечно, он обо всем этом не знает, но она не сможет скрывать от него вечно. Рано или поздно он захочет познакомится с ее мамой, попросится в гости. И если она найдет в себе силы признаться ему во всем он оттолкнет ее, она не сомневалась в этом…
«Поэтому нужно оттолкнуть его первой –закричало что-то внутри нее. То самое, что заставило убежать, вырваться из теплых крепких рук в ту майскую ночь, когда они приехал к ней впервые, то самое из-за чего она уже однажды отказать от него –я его не достойна»