-Ну, глянем…
Раскидывая на столе непонятные карты, она даже не смотрела на Алину, а куда-то в сторону и что-то бормотала… Алину уже колотило не по-детски. Она уж было хотела уйти, но денег было жалко, а тетка обратно не отдаст. Это точно.
-Ох и много же грешков водится. Точно, нужен он тебе? И жизнь с ним - нелегкая ноша. И дети будут не такие, как ты хочешь. Да и сильно богатой не будешь. Ты. Он - да. А ты - нет. Да и бороться придется всю жизнь. С ним, с обстоятельствами, с его демонами. Не будет тебе в этой жизни - покоя, если его выберешь. Да еще и камень на себя повесишь. Он не хочет рушить ничего, даже не на перепутье стоит. Точно хочешь? Уверена?
-Вы обалдели, что ли? Конечно, уверена! Можно было сапоги новые купить, вон распродажи сейчас, а я к вам притащилась. И потом, что вы говорите такое? Какое перепутье? Что менять? С женой ругается, денег - как у дурака игрушек! Хочу!!!
-Переживать он шибко будет из-за того, что сделает. Будет всю жизнь вспоминать, что так с хорошим человеком обошёлся. Чистым…
-Нет уж, давайте ваши сушеные мышиные хвосты и жабьи глаза толченые. И говорите, что надо сделать. 500 долларов!
-Ничего не надо делать, все за тебя сделают и так. А тебе, на вот нитку черную, сегодня в полночь разрежь пополам, одну себе оставь, вторую половинку ему куда-нибудь подсунь. Чтобы с ним побыла какое-то время. Ну, и не теряйся, попадайся почаще на глаза, сама знаешь в общем. А теперь, иди. Устала я. Тяжелая ты…
-Сама ты - тяжелая. Старая карга. - подумала Алина, схватив нитку и пряча подальше в кармашек сумки. Я - 56 килограмм вешу всего, а рост у меня 165 сантиметров, между прочим. Не гном! Еще и в зале убиваюсь три раза в неделю. Тяжелая… Вот - дура! - Алина выскочила на улицу и побежала на работу. Сегодня была ее смена.
Спала она в ту ночь, перерезав нитку, плохо. Тяжело и тревожно. Снился какой-то бред. Какие-то поля ночные, луна в облаках. И бабушка, которая давно умерла. Она качала головой неодобрительно, и о чем-то просила. Но о чем, Алина не понимала.
Коля пришел обедать на следующий день. Был октябрь и холодало с каждым днем. На радость Алины, он пришел в длинном пальто, в карман которого в гардеробе она засунула свою нитку, дав охраннику 500 рублей, чтобы тот молчал.
Алина покрутилась вокруг Николая, но ее вызвали к администратору, и она пропустила, когда он ушел. Чем была страшно раздосадована.
Коля же не понимал, что с ним происходит. Его никогда не мучали головные боли. Только с похмелья, а тут, голова раскалывалась несколько дней. И только, приходя в ресторан на обед, она переставала болеть.
-Может, от голода? - думал Коля. Но он вставал с головной болью, плотно завтракал с ней, ужинал с ней же и ложился спать. Это изматывало страшно. Он сказал Наде, и она ему наварила каких-то трав, давала какие-то пилюли, но ничего особо не помогало. Решили показаться к врачу в ближайшее время.
Надя тоже стала чувствовать себя странно. Совсем не спала, хотя уставала страшно. И еще какая-то тоска… Ее не покидало чувство необъяснимой потери. Но она не могла найти этому чувству никакого объяснения. Вроде бы все было в порядке. Коля - как обычно, Кирюха - на своей волне. Она получает свою гормонотерапию, не больше и не меньше. Но на нее она и списала свое состояние, а через несколько дней все прошло. И только необъяснимое чувство потери периодически накатывало на нее.
Коля и так ходил обедать в ресторан на набережной часто. Но тут прямо, как в пионерлагере на обед. Его необъяснимо тянуло именно туда. Что он и делал, чего же себе отказывать. Тем более там всё время крутится вокруг эта хорошенькая девчонка, Алина. Не совсем в его вкусе. Он любит высоких, худых, породистых блондинок и чуть постарше, лет к 30. А она - такое, цветочек - васелечек. Румяная, брюнетка, волосы до попы. Пухловатая слегка, но прям хочется ущипнуть за щечку!
В тот вечер сорвался ужин с компаньоном. Ему нужно было в срочную командировку. Коля пока ждал его, проголодался и поехал ужинать один. Заказав от души, все, что хотел, и бутылку виски, с удовольствием принялся за трапезу. В середине ужина стало скучновато, а тут опять появилась она, улыбаясь во весь рот со стандартным вопросом, все ли хорошо.