Пусть пока реальность была иной: Элиза стояла у витрины маленькой кофейни, вдыхая ароматы свежего кофе и корицы, а ее руки привычно перебирали салфетки, готовясь принять очередной заказ.
Она открыла глаза, стараясь отогнать наваждение.
Сегодня – вторник, день скидок на латте с тыквенным сиропом, и очередь уже выстраивалась к кассе. Элиза глубоко вздохнула, расправила плечи и натянула на лицо самую приветливую улыбку, на которую была способна. Клиенты не должны видеть ее усталость. Они пришли за своим маленьким удовольствием, и она должна им его обеспечить.
Автоматически, отточенным движением, она принимала заказы, пробивала чеки, наливала кофе. Между делом, успевала перекинуться парой слов с постоянными посетителями, выслушать их небольшие проблемы и поделиться своим, пусть и формальным, участием.
В этой рутине, как ни странно, находилось свое очарование. В улыбках благодарности, в теплых словах, в ощущении своей нужности.
Иногда, замечала Элиза, кто-то из посетителей смотрел на нее с интересом, будто пытаясь разгадать тайну, скрытую за ее приветливой улыбкой.
Но девушка быстро отбрасывала эти мимолетные ощущения, списывая все на игру света или случайное отражение в зеркальной поверхности кофемашины. Она знала, что ее жизнь – это открытая книга, где каждая страница исписана будничными заботами и простыми радостями.
Не было в ней ни загадок, ни темных тайн, только тихая гавань умиротворения, которую она создала своими руками.
Элиза вытирала стойку, протирала кофейные чашки и приводила в порядок зал. В эти минуты тишины она чувствовала себя хозяйкой своего маленького мира, где все было под ее контролем.
Но сегодня всё было иначе. Почему-то девушка была уверена, что Макс сегодня появится, что он придёт в числе первых посетителей, как только откроется кафе. Поэтому каждый раз, когда открывалась дверь, с надеждой вглядывалась в лица вошедших.
Элиза поправляла салфетки на столиках, хотя они и так лежали идеально ровно, переставляла сахарницы, проверяла, как блестят начищенные до зеркального блеска бокалы. Нервничала.
Обычно такая рутина приносила ей умиротворение, но сегодня все ее усилия казались бессмысленными, пока в дверях не появится он. Это было глупо, она знала, но ничего не могла с собой поделать.
Время тянулось мучительно медленно. Стрелка на часах будто замерла, застыв в издевательской неподвижности. Каждая минута казалась вечностью. Девушка украдкой поглядывала на часы, стараясь не выдавать своего нетерпения перед коллегами, которые, казалось, не замечали ее волнения.
Вдруг, звон колокольчика над дверью заставил ее задрожать. Сердце бешено заколотилось в груди. Она подняла глаза и увидела… не его. Это был лишь случайный прохожий, заглянувший выпить чашечку кофе после работы. Разочарование волной окатило ее, но она тут же взяла себя в руки, стараясь не показывать, как сильно надеялась увидеть именно Макса.
Элиза улыбнулась посетителю, предложила ему место у окна и, стараясь выглядеть как можно более профессионально, приняла заказ. Но мысли ее были далеко, все еще прикованы к двери, все еще полны надежды. Может быть, он появится чуть позже? Может быть, он просто задерживается?
Хотя возможно вчерашняя встреча ничего для него не значила и она сама себе всё придумала, может она не понравилась ему.
Девушка отвернулась к кофемашине, стараясь скрыть растущее отчаяние. Вчерашний вечер казался сном, волшебной сказкой, где они были только вдвоем, смеялись, говорили обо всем на свете и чувствовали необъяснимую близость.
Неужели все это было лишь плодом ее воображения? Неужели мужчина не почувствовал того же, что и она?
Девушка поставила чашку кофе перед посетителем и украдкой взглянула на дверь. Никого. Только лунный свет играл на стекле, отражая проезжающие машины. Она вздохнула и подошла к кассе, готовясь к новым посетителям, к новым разочарованиям.
Элиза всю смену обслуживала клиентов, улыбалась, делала вид, что все в порядке, но внутри все сжималось от тревоги. Каждый звон колокольчика заставлял ее вздрагивать. Но дверь открывалась, и в кафе заходили незнакомые люди, унося с собой последние остатки ее надежды.
К полуночи кафе опустело. Она села за столик у окна, обхватила руками чашку с остывшим кофе и закрыла глаза. Вчерашний вечер проплывал перед ней, словно старая кинопленка, наполненная теплом и нежностью. Неужели все это было ошибкой? Неужели она ошиблась в нем?